УПП

Цитата момента



У нас в стране многие люди нуждаются в уходе врача. И чем скорее этот врач уйдет, тем лучше…
Будьте здоровы!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Ничто так не дезорганизует ребёнка, как непоследовательность родителей. Если сегодня запрещается то, что было разрешено вчера, ребёнок сбивается с толку, не знает, что можно и чего нельзя. А так как дети обычно склонны идти на поводу своих желаний, то, если нет твёрдой руки, которая регулировала бы эти желания, дело может кончиться плохо. Ребёнок становится груб, требователен, своеволен, он не хочет знать никаких запретов.

Нефедова Нина Васильевна. «Дневник матери»

Читать далее >>


Фото момента



http://nkozlov.ru/library/fotogalereya/france/
Париж

Кто такой Психолог?

Когда человек представляется: “Я — Психолог!”, неосведомленные школьники прыскают на тему “Психа”, а осве­домленные взрослые с опаской выказывают уважение. Правда, им всегда хочется убедиться, что это Психолог Настоящий, а не какой-нибудь самозванец. Ведь так много претендующих на это Высокое Звание!

  • Наивные…

На самом деле психолог — это рядовой сотрудник Службы Быта, нечто среднее между слесарем из домоуправления и зубным техником.

У женщины разладилась швейная машинка, порвался или трет сапог — она идет в мастерскую, мастер ее грязную машинку чистит и стоптанный сапог чинит. Когда же у нее разладились отношения с детьми, вот-вот порвутся отношения с мужем и трения на работе, она идет в другую мастерскую, где мастера зовут “Психолог”. Психолог жутко замусоренную душу ее чистит, мозги кое-как вправляет, и она еще некоторое время живет почти без трений.

  • Душой, впрочем, она как не занималась, так заниматься и не будет. Но жить пока будет, и так до следующей поломки.

А Психолог ей в этом помогает.

Или не помогает, но продолжает высоко нести знамя Научной Психологии. Например, так.

Нет больного — нет проблем…

К доктору попал больной. Жалобы — ненасытный голод, жрет все подряд: соленое и сладкое, съедобное и нет. Вздутый живот не оставляет сомнений, печальные глаза родственников зовут к сочувствию. И доктор лечит больного — дай Бог ему успеха!

 Психолог аналогичную задачу решает немного иначе. К нему приходит клиент и, через минуту уже всхлипывая, рассказывает про свою незадачливую жизнь. Жизнь его полна событиями. Собственно, в его жизни событиями оказывается всё, всё у него вызывает новое настроение и за ним — то водопад радости, то поток слез. “Наша болонка вчера два раза чихнула, я сразу заволновался, душа разрывается, полночи не спал”.

  • Тот же голод налицо: только голод к попереживаниям, тяга поплакать и повосхищаться. И та же ненасытность и неразборчивость.

Психолог, как и его коллега врач, безучастным не останется. Нет, за лечение он, конечно, не возьмется: проветривать замусоренные мозги, настраивать разлаженную душу, менять подгнившие ценности — морока слишком хлопотная. Он лучше оставит все как есть, но проконсультирует клиента, в каких кормушках и источниках эту жажду переживаний лучше утолять, учитывая именно то трудное обстоятельство, что жажда эта у клиента неутолима.

Далее. Пара вопросов этому неистовому коллекционеру эмоций, и вот уже видно тех, кто рядом с ним: нервная и усталая жена, вокруг нее дети с такой же тонкой душевной орга­ни­за­цией и хилым здоровьем. Это его драгоценности и привязанности, ради которых он и мучается. Мучается он, еще более они мучаются с ним. Все тоскливые глаза с болью и надеждой смотрят на Психолога. Смотрят с болью. Значит, все-таки перед ним — больной? Но ведь он такой не один…

  • Это-то и явилось подсказкой. Когда патологии много, ее всегда можно назвать нормой.

 Предложив проплакать свои очередные переживания и вы­ска­зав свое убеждение, что рыдание — неотъемлемое право каждой аутентичной личности, Психолог доверительно сообщает, что наука считает эти особенности характера нормой, а называется в науке это безобразие, простите, ваш тип — "лабильный тип с истероидными чертами".

  • Нет. Поскольку он гуманист, клиенту для мягкости он сформулирует это как “чуткий” и “артист”.

Все. Нет патологии — нет проблемы.

Клиент воодушевлен, и теперь его можно уже не лечить, а исследовать. Вот и полегче. Для верности Психолог сделает об этом длинное сообщение на научной конференции, напишет умную статью со всеми необходимыми ссылками, и скоро вместо рядового психотерапевта он станет доктором — доктором наук.

Профконсультант — и немного о Самоактуализации

Психолог-консультант нанят на работу, чтобы ориентировать подростков и молодежь в правильном выборе своей будущей профессии. Из теоретических трудов гуманистического направления он уже знает, что для человека важнее всего его самоактуализация. И если человек найдет то, в чем полнее всего раскроется его сущность, что более всего отвечает его глубинным запросам, тем больше удовлетворения получит он сам и тем с большим желанием — и, следовательно, эффективностью — он будет работать.

  • Вообще-то государство волнует только последнее: эффективность, и только за это консультанту деньги платят. Но в сердце нашего консультанта, повторяю, горит высокий дух, и он будет искренне выискивать в каждом ленивце его подлинную сущность.

Впрочем, самый высокий гуманистический позыв о самоактуализации все равно необходимо облачить во что-то более-менее житейское, и тогда появляются формулировки о необходимости учета индивидуальных особенностей личности, куда включаются психофизические особенности человека, его склонности и интересы.

  • На всякий случай, мой читатель — ты еще не ощутил подмены?

Потому что чуть позже в специально разработанной анкете появляются вопросы типа: “Сильные ли у вас кисти? мышцы спины? ноги? Уважаете ли вы людей? Вы любите жизнь спокойную, размеренную или наполненную быстро меняющимися и неожиданными событиями?” — ну и, конечно, вопросы о ценностях человека и его интересах.

  • Которые нормальным подростком расшифровываются как: “Что тебе в лом, а что — в кайф?”

И вот перед консультантом садится молодой человек. На нем нескрываемо буйно и везде растет мышечная масса, он очень уважает большие деньги и совсем не уважает людей, а по жизни больше всего любит балдеж, приключения и опасности.

Соответственно, если психолог-консультант не умолчит и не соврет, то молодой человек на научной основе узнает профес­сию, в которой он сможет более всего себя реализовать. Называется эта профессия — Бандит. И только в ней он сможет самоактуализироваться, в наибольшей мере раскрыть все свои скрытые — и очень даже явные — потенции.

  • И будьте уверены, с потенцией у него будет все в порядке.

Мимо души, или
Чего не делает Психолог в школе

Чтобы было понятно: пояснения от Автора

Позвонили, пригласили: состоится рабочий семинар практических психологов, ведущих группы и работающих главным образом в школе. Замысел? Собраться лучшим силам и в своем узком кругу пройтись по болевым точкам каждого.

  • Это было Главной Приманкой. Ведь психолога хлебом не корми — дай только, чтобы кто-то по его болевым точкам прошелся…

Соответственно была уверенность, что говорить все будут как есть, без масок, и это привлекало еще более. Поэтому — собрались.

Итак, узкий круг специалистов. Посмотрели друг на друга, поделали Доклады, показали Работу. И тогда я понял, что не могу молчать, столько из меня посыпалось чувств. Разных. От людей я остался в восторге, а от их работы — в возмущении.

  • Может быть, именно потому, что люди-то какие!!

Если коротко и мягко, то итоговые впечатления следующие: “Психологи — это классные люди, только делают они что-то не то”.

Итак, зарисовки.

Очень осторожный Психолог

Очень осторожный Психолог рассказывал о своей работе. Это был действительно хороший и честный Психолог, но чем больше он говорил, тем тяжелее становилось у меня на душе.

  • Отчего?

Психолог был Усталым Гуманистом и много раз подчеркивал, что чужие души трогать опасно. Он говорил долго и проникновенно о том, насколько опасны психологические группы, задевающие и обнажающие душу, тем более в ситуации школьного класса. Он говорил, что опасны тесты и опасно знание человеческой психологии, поскольку все это дает возможность психологического манипулирования.

  • Он говорил умный текст, но я видел картинки.

 Я видел: у Психолога есть его Психологический Арсенал. Он очень походил на некий дремучий оружейный склад, в котором хранится очень опасное оружие. А во­круг него ходит Психолог и рассказывает, что тут оружия очень много и оружия опасного, но он его только покажет и ничего трогать не даст.

Ну очень опасно!

  • Более внимательные могли прочесть подтекст: “Если вы умные, берите, но без меня”.

При этом Психолог интересовался у коллег, что, на их взгляд, нужно для того, чтобы ученики учились с желанием, какие методики для этого нужно использовать.

Я слушал и вспоминал свою жизнь. Когда я был преподавателем в институте, я тоже сочинял милые лекции под лозунгом “А вот еще интересно”, рассказывал психологические байки, и все было в общем-то хорошо, но изредка ко мне подходили умные и живые люди и спрашивали: “Ну и что?” Это означало: “Что мне с этим делать? Как это может изменить мою жизнь?”

  • Мои занятия не помогали им жить. И поэтому мне приходилось искать методические приемы, использовать педагогические воздействия и запускать Дразнилки.

Как я понял, этот славный Психолог тоже нашел свое, очень умное решение.

Очень умное решение

Исходная посылка: Психолог знает, что его задача — вооружать людей психологическими знаниями. Трудное обстоятельство: он гуманист, и поэтому вооружать дикарей опасным оружием не хочет. Итого — творческая проблема: что бы такое ученикам дать, чтобы одновременно им ничего не дать? Как бы так поработать Психологом, чтобы при этом душу не трогать?

  • Еще раз: как бы и Психологом остаться, и невинность соблюсти.

Подсказка к решению: вокруг — нормальные учителя, ходят с тетрадками, усталые, но без этих высокогуманных душевных мук. А может быть, это и есть решение?

 Да, но его надо реализовать. И вот Психолог окунается в методическое творчество: он разрабатывает учебный курс. Это учебный школьный курс, но только в увлекательной форме, то есть нечто Строгое по сути и Легкое по форме. И вот теперь на уроках он начинает давать умные Теоретические Знания, а чтобы это проглатывалось, для смазки рассказывает Интересные Психологические Байки.

Итоги: все становится хорошо. Психолог выполнил святую заповедь “Не навреди” и поэтому чист, а ученики с ним время провели.

  • И не просто провели, а полный атас.

Психология как Учебный Предмет

Богомерзостен пред Богом всякий, кто учит геометрию, а се грехи душевные — любить астрономию и эллинские книги.

Поучения XVII века

   школе в рамках учебных предметов детям рассказывают множество любопытных и одновременно совершенно ненужных вещей, подкрепленных только авторитетом Программы и хлыстом Оценки и Экзамена. Ну как же без Физики? Ну пусть и не ясно, зачем изучать третий закон Ньютона, явление электромагнитной индукции Фарадея и кривую Бойля—Мариотта, но ведь это Основы! Физику должны знать все!

  • И они учат ответы на вопросы, которые никогда не задавали. Или которые можно задать только из любопытства, когда делать нечего.

У лучших учителей Физика становится еще и прикладным предметом, то есть учителя  показывают, как это иногда может помочь ученикам по жизни. Объем полезного оказывается невеликим, но появляется смысл хоть какой-то.

И вот — торжество и апофеоз: теперь Учебным Предметом становится Психология. Ее начинают преподавать как ту же самую Физику, только с другими заморочками. Ее как бы переодели, создали ей видимость чего-то Солидного и Настоящего. Все в порядке: пройдет время, создастся традиция, и глупые вопросы “Зачем нам это изучать?” исчезнут. Ну как же без Психологии?

  • “Перцепция”, “сенсорная персеверация”, “афферентный синтез”, “аттитюды”, “фрустрация”, “афиляция”, “индипенденство”… Видите, как все это высоконаучно! Впечатляет?

А вот есть еще закон Вебера—Фехнера, эффект Зейгарник и кривая забывания Эббингауза. Выучите это, потому что это Основы науки психологии, а Основы Наук должны знать все!

  • Забыл выучить главу про Память? Поленился прочитать про Волю? Обманул, что учил про Порядочность? Садись, “два”!

Естественно, хороший предмет должен иметь и прикладной аспект. Психолог его ищет и находит. Теперь он развивает память, внимание и другие психические функции, учит языку общения и психологии сдачи экзаменов. А мог бы с не меньшей пользой развивать функции, например, физические, учить языку, например, английскому и психологии, например, забивания гвоздей.

  • Естественно, это всё вообще-то нужные вещи. Просто все они — мимо души.

 Почему это грустно? Вот картинка, прочувствуйте ее: полуразрушенная, страдающая страна, в ней живет Волшебник, который мог бы остановить войны и эпидемии, который мог бы спасти страну, но он откладывает свою Волшебную Палочку. Никто не упрекнет его, он не бездельничает: Волшебник занялся выращиванием картошки… Хорошая вещь — картошка, но в груди не щемит?

Пошто приходила тетка к детям,
или Совращение малолеток

Если вам не надоело, я хочу еще немного подержать вас в школе и познакомить еще с одним Психологом.

  •  Говорят, что мужчина-психолог не мужчина, а женщина-психолог не психолог, но в данном случае это совершенно несправедливо.

Итак, в школу пришла тетя. Да не просто тетя, а настоящая тетя Психолог. Тетка грамотная, способна писать даже методические пособия, поэтому ставит задачу: детишек в психологию заманить, а когда те вляпаются, назвать это сформированным интересом и зафиксировать.

  • Весь этот лексикон — ее.

Чего хотят детишки? Они хотят много чего разного, но есть одно, чего хотят они всем своим нутром. Хотя многие из них и не подозревают об этом, хотя многие и откажутся признать это — все они хотят тепла и близости. Но этого у них нет. И когда тетя Психолог говорит: “Давайте овладеем Наукой Психологией!”, они слышат: “Вас будут любить. Вы получите тепло. Вы будете счастливы!” У них рождаются надежды. Они идут к ней — к Психологу! — и садятся за парты.

Начинаются уроки: звучат тексты и ставятся вопросы. Чтобы совсем не затекали ноги и хоть как-то двигалась душа, Психолог даже ставит с ними некоторые сценки. Тогда становится интересно, почти как во дворе. Да нет, детишкам правда бывает интересно, потому что иногда тетя Психолог рассказывает что-то и про них. Она, например, дает тесты, и они, ответив на несколько сотен странных вопросов, потом при желании могут прочитать свою характеристику.

  • В которой говорится о них то, что они знали о себе и до этого.

Курс длинен, но детишки не ропщут. Ведь они в школе, то есть в месте строгого заключения для их души и ума. А тут есть возможность занять себя хоть чем-то интересным, иногда даже полезным. В классе тепло, привычно, можно разговаривать, и училка не ругается…

Дети живут по-прежнему в Джунглях и смертельно боятся, что кто-то с ними рядом, такой же озлобленный звереныш, как и они сами, увидит их рану и вопьется в нее. Поэтому на вопрос анкеты, которую заботливо предложит тетя Психолог, они судорожно ответят: “Нет, мы не хотим, чтобы здесь трогали наши душевные проблемы…” Тетя Психолог в связи с этим проконстатирует некоторую тревожность учеников и продолжит давать материал в русле их актуальной познавательной активности.

  • Они будут вместе избегать того, что детям так важно.

А у тети Психолога есть еще свои, неизвестные детям заботы. Ее, например, очень волнует, а научна ли преподаваемая ею Психология? Она беспокоится, соответствует ли научным ритуалам вводимая ею понятийная сетка и в рамках какой академической школы она нагружает детишкам мозги.

Она беспокоится о том, как сделать Науку. Жалко, что нет рядом с нею никого, чьей заботой стало бы как сделать человека.

  • Хотя бы такого же, как она. Потому что она сама — человек светлейший. И я ее нежно люблю.

Что я хочу

Что я хочу, когда работаю с людьми? Все, чего я хочу, —освободить внутреннего человека и осветить его внутренний мир. Залечить раны, открыть в нем самом источники энергии и любви, сделать человека сильным и добрым. Чтобы он не шатался от ветров настроений, не мотался от ожиданий окружающих, не склонялся под гнетом обстоятельств, а крепко стоял сам, твердо шел сам, по своему пути. Чтобы он открыл глаза и увидел мир, а не только картинки о мире. Чтобы сбросил тяжелый панцирь и стал открыт миру, воспринимая его в полноте, чутко и тонко, но при этом стал неуязвимым и не ранился — ничем.

В этом смысле конечная цель моей работы с людьми всегда одна, общая. Но исходная недоделанность и боль у каждого своя, соответственно помощь каждому нужна разная.

Одного нужно только поддержать, чтобы он не падал на острые камни. У другого — выбить костыли, чтобы учился стоять на собственных ногах. Третьему — разбить скорлупу, чтобы он вылупился в мир: вначале будет дрожь, но на свежем ветру пух быстро подсохнет. Того, замерзшего, надо отогреть. А вот этого, такого запыленного, очень хочется протереть мокрой тряпочкой.

Но только, пожалуйста, не называйте меня психотерапевтом.

Я — не психотерапевт

Наблюдая за работой моих коллег, я убедился, что совершенно не хочу быть психотерапевтом.

  • Я понял, что психотерапия — это очистка души от дерьма, а глубинная психотерапия — это глубокое копание в дерьме.

 Наблюдая за тем, как мои коллеги деловито чистят эти набитые грязью души, я понял, что не хочу быть таким же ассенизатором. Не желаю. Возможно, эта работа очень благородна, но я не любитель человеческих помоек.

  • Замечание из зала: “Врете, Николай Иванович, ведь как раз этим и занимаетесь. И здесь — в книге, и в Клубе”.

Да, я понимаю, что эта работа очень нужна. Действительно, если человеческие души раз за разом изначально уродовать обычным семейным воспитанием, а потом оттачивать злой и переживательный идиотизм сериалами типа "Просто Мария…", то такой человек не только постоянно наполняется дерьмом — от жизни, он сам же это дерьмо в жизнь и несет. И тогда ему и армии подобных ему нормальных, то есть душевно искалеченных, людей требуется армия внимательных психотерапевтов.

  • Я не буду психотерапевтом, потому что это тупиковая работа. Чисто не там, где метут, а там, где не сорят.

Я не психотерапевт. Я строитель и настройщик души. Я люблю это. Люблю настраивать душу — свою или чужую — так, чтобы она все больше и больше была открыта свету… Чтобы все больше вбирала в себя тепла… Чтобы, работая без отходов, она не только хранила в чистоте себя, но и делала мир вокруг красивее и чище.

Конечно, меня трудно назвать добрым человеком. Я не люблю слабых, которые считают своим правом быть слабыми. Не люблю калек, которые нашли в этом свое призвание, и не хочу заниматься душевным протезированием. Я не люблю больных, которые не умеют быть здоровыми, и не увлечен перспективой помогать им благополучно переползать от одной болезни к другой. Они болеют потому, что их душевное или физическое тело болеть всегда готово. Эти всегда больные не болеют только тогда, когда еще не успели заболеть в очередной раз. И вылечив текущую болезнь, они с открытыми болезням дверями просто ждут следующую.

  • Здоров не тот, кто лечится, а тот, кто умеет быть здоровым.

Я не врач.
Я - мастер душевного здоровья.

“Синтон”, или Сказка о Кулинарии

Сказка сия писана для теоретиков психологической науки.

Подсказка, чтобы они поняли

Приглашение на Кухню

Искусство подготовки и проведения тренинговых психологических занятий есть искусство высокое, сродни искусству кулинарному.

Суть вроде бы проста: народ приходит голодный, и его надо накормить — доброй теплотой, красивыми переживаниями, сильными мыслями. Но “Синтон” не забегаловка, и мы устра­иваем не закусон, а Трапезу, поэтому у нас важным оказывается всё: и что есть, и как есть, и во имя чего.

  • Ведь просто иметь чем накормить — мало. Чтобы все это было усво­ено, надо еще подготовить к Трапезе того, кто эту пищу будет в себя принимать.

Если человек не готов к приему, например, знаний, а мы его  неумеренными порциями грузим и грузим, что будет в результате? Плохо переваренные знания у одних породят научный понос, у других — рвоту протеста, что повсеместно и наблюдается в академических учебных заведениях.

  • У меня никогда не было проблем что давать людям, но всегда был и остается вопрос: как это дать? Как дать так, чтобы люди это съели и чтобы это было ими усвоено?

 Поэтому самое главное в “Синтоне” — это синтоновская Кулинария, подбор и состав блюд: тем, игр и упражнений. Вот чем я сегодня занимался? Да как всегда, готовкой. И сделал оч-чень аппе­титное занятие: и пожевать есть что, и попереживать, и поразвлечься. А вкус­но, а сытно, а полезно-то как!

  • Ешьте на здоровье. Как говорит мой секретарь, Энди: “Приятной вам концентрации!”

Желающих научиться готовить так же — приглашаем, естественно, к нам на Кухню.



Страница сформирована за 0.17 сек
SQL запросов: 174