АСПСП

Цитата момента



Твоя жизнь движется к финишу со скоростью 24 часа в сутки.
А мы ее — обгоним!

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Крик и брань – не свидетельство силы и не доказательство. Сила – в спокойном достоинстве. Заставить себя уважать, не позволить, чтобы вам грубили, нелегко. Но опускаться до уровня хама бессмысленно. Это значит отказываться от самого себя. От собственной личности. Спрашивать: «Зачем вежливость?» так же бессмысленно, как задавать вопросы: «Зачем культура?», «Зачем красота?»

Сергей Львов. «Быть или казаться?»

Читать далее >>


Фото момента



http://nkozlov.ru/library/fotogalereya/israil/
Израиль

Хроники Синтона, или
По дороге к Солнечному дому

Эх, дороги…

Секта

Синтон — взрослеет.

Его стали замечать, что оказалось не всегда только приятным. Например, как-то на имя директора Дома молодежи, где давно уже работает Клуб Синтон, пришло сердитое письмо на официальном бланке Центра по реабилитации жертв нетрадиционных религий памяти А.С. Хомякова со следующим текстом:

"Из обращений общественности Москвы нам стало известно, что в руководимом Вами Доме молодежи "Сокольники" располагается и активно действует Клуб практической психологии "Синтон".

Сообщаем Вам, что, исходя из анализа литературы, распространяемой этим центром, его методик и заявлений бывших последователей этой системы, специалисты Центра реабилитации жертв нетрадиционных религий классифицировали "Синтон" как деструктивную религиозную организацию оккультно-мистического характера с элементами сатанизма. Все заявления, какими бы красивыми демагогическими фразами они не прикрывались, о том, что это всего лишь "Клуб практической психологии", не более чем прикрытие этой религиозной секты для обманчивого вовлечения к себе неофитов".

Далее Козлов более подробно обзывается экстрасенсом, оккультистом и гомосексуалистом[1].

  • Признаюсь: не умею, не люблю, не принадлежу.

Впрочем, при личном знакомстве руководитель Центра батюшка Олег Стеняев был мягок, сказал, что с Синтоном он вообще-то не знаком, но психологов вообще не любит, потому что душа — дело Божье.

Можно грустить, что ваш Клуб могут обозвать сектой потому, что вы в Клубе постелили ковры и предлагаете народу ходить не в обуви, а в тапках или босиком. Или еще потому, что в правилах Клуба — не приносить на чай вредные продукты (колбасу, соль и сахар).

  • Секта, да?

Друзья и коллеги, внешняя критика вашей работы далеко не всегда заслуживает серьезного внимания. На мой взгляд, важнее самые трудные вопросы задавать себе самому: что ты делаешь на самом деле? Что остается после твоей работы? К чему ты стремишься, что в твоем развитии окажется стержнем и главной линией?

Эти свои мысли — и тревоги — я и хотел бы обсудить. Представить, как я их вижу, перспективы развития Синтона и его духовное напряжение.

Испытание расцветом

Вы знаете, самые трудные времена для Синтона наступили тогда, когда Синтон расцвел. По крайней мере, именно тогда и только после этого у меня появились серьезные разногласия с моими коллегами, моими же бывшими учениками, а ныне — ведущими Синтона. В чем дело?

Живя только на свои, Синтон долгие был небольшим и скромным Клубом. Сто-двести человек синтоновцев, пара-тройка ведущих, весь Синтон держался на одном Козлове и его можно было окинуть одним взглядом. Мы жили одной семьей и все было хорошо.

  • Хотя, может быть, и бедновато.

То есть в семье зарабатывал один папа, и домочадцы его более или менее благодарно слушались. Потому что без папы им жить было бы голодно, и раз папина работа хлеб в дом приносит, значит — папа прав. Для домочадцев самих не всегда очевидно, что папа прав потому, что кормит. Приятней попереживать именно чувство сопричастности к папиному внутреннему миру, соглашаться с ним не за хлеб, а за идею (а хлеб как бы сам собой). Но дети растут. И даже — учатся зарабатывать. (Сначала у папы).

В Клубе появлялись новые перспективные ведущие, и каждому из них мы вместе радовались. Сказать, что я с кем-нибудь занимался воспитательной работой, было бы неправдой: я просто давал каждому расти, почему-то веря, что каждый разделяет мои, то есть синтоновские ценности, что каждому процветание Клуба дороже процветания личного,

  • Повторю: делить было особо нечего. Да и некому: был Козлов и были ведущие при нем. Но и только.

То есть был Козлов, и были другие, которые — тоже были Козлов, потому что чувствовали себя сопричастными. (Почему — смотри выше). И пока они были Козлов, благо Козлова (который Синтон), было и их благом. Но семья оказалась хорошей, и люди в ней росли.

А потом ведущие стали личностями. Ведущие — выросли. У них появились собственные программы, программы приобрели популярность, ведущие приобрели — имя. У них появились свои люди, своя территория и своя идеология.

  • Как вы догадываетесь, в Синтоне иметь свою идеологию никогда не запрещалось.

Во многом, кстати, именно потому, что долгое время никому такая — уж совсем своя идеология и в голову не приходила. Во-первых, это же Синтон, где есть Козлов. А что у вас? Ну-у, это несерезно. Во-вторых, зачем людям другая, если до поры кормила их именно эта? Ну, и наконец, до недавнего времени такая — своя, ценная именно тем, что она НЕ синтоновская, идеология не была нужна ведущим в клубе, потому что она не была им — выгодна. Пока благо клуба было их, ведущих в клубе, благом. А потом, когда настала пора эмансипации, своя идеология оказалась очень даже насущной. И она — появилась. Спрос рождает предложение.

Итак, московский Синтон расцвел, стал большим и многоликим: не каждый синтоновец сходу назовет сразу всех ведущих, а чтобы пройти все их программы, не каждый сокол долетит до середины Днепра. В общем, ай да мы!

  • Ура! Классно! Здорово!

Но я вижу и другое: Синтон начинает все более и более напоминать раздробленные феодальные княжества, где каждый ведущий, как удельный правитель замкнулся в своих границах и подозрительно смотрит на своих соседей: нападут? Не нападут?

  • Ну ладно, не нападут.

Дети выросли, и у папы-князя сначала просят, а потом и требуют — удел. А если папа не реагирует достаточно быстро, то папа уже и не папа вовсе, а тот, кто мне мешает — развиваться. Да?

Но очевидно, что каждый ведущий живет сам по себе: самореализуется.

Каждый ведущий знает, что в его цикле занятий его куски очень сильные, эффектные, результативные, а есть — ну, так, скорее проходные, стоящие просто потому, что-то здесь стоять должно, а ничего лучше нету. Точнее, у тебя нет, у твоего коллеги-то есть, но разве он даст? Его кусок — это его кусок, и просто так, то есть просто ради дела, ради народа синтоновского — с тобой никто не поделится.

  • Ну, можно устраивать обмен, можно пытаться выкупить — но в реальности проще не хлопотать и работать, как работается.

На мой взгляд, это не Синтон. В Синтоне есть и должно быть общее методическое пространство, когда нет моих наработок, нет твоих, есть методики наши, синтоновские, и мы из них делаем курсы не авторские, то есть твои или мои, а такие, какие нужны людям.

  • Организуем такой маленький коммунизм.

В феодальном княжестве каждый ведущий работает на себя и борется за себя: тянет на себя рекламное одеяло, бьется за лучшее место и время тренинга, а потом, раскрутив свой тренинг, создав ему имидж — по возможности делает свой тренинг подороже. Неправда, что дорогой тренинг народ отпугивает: многих как раз высокая цена и привлекает.

  • Как гарантия качества, как вызов тебе, как момент престижа…

Не всегда дорогой тренинг будет лучше кормить ведущего (дополнительные расходы на рекламу, на помощников, на маечки, фенечки…), но очевидно, что свой престиж такой ведущий повышает.

  • Ведущий становится известным и толстым.

Повторю: не в деньгах дело. Дело в выборе: или мы строим каждый свой отдельный домик для себя, деля между собой участки и споря, чьи тут кирпичи, или одной командой строим эдакое здание Университета. Очевидно, что, работая в рамках Синтон-программы, ты не сделаешь себе имя. Ты сделаешь людям классный тренинг, но останешься одним из — одним из тех каменщиков, который строил главное здание города. Наш Университет. А если ты выйдешь из рядов каменщиков и рядом со строгим Университетом начнешь строить крутое Казино, имя ты себе обеспечишь. Ну и деньги, естественно.

  • А что, все в рамках закона!

Неправда, что кто-либо из синтоновских ведущих ставит заработок денег на первое место. Но правда, что хорошие деньги иметь приятно, и это — мотивирует.

  • Бывает, что и хорошо мотивирует. А называется это благообразно: достойная оплата за профессиональную работу.

И вот я и думаю: может, лучше меньше, да лучше? Нужно ли Синтону быть таким большим, становясь таким разным? Становясь — таким? В Синтоне выросли сильные, классные, высокопрофессионально работающие ведущие — этим можно гордиться, но если кто-то из них начинает работать не по-синтоновски, может, пусть он работает вне Синтона?

Трудный вопрос. Это — размышление, а не решение, как и эта главка — не ответ на вопрос, а скорее, только постановка вопроса. Вообще: история эта еще не закончена, пусть не будет закончена и эта главка.

  • Пусть Синтон думает, как пережить свой расцвет…

Если метафору семьи продолжить, то можно предположить время, когда дети удостоверятся, что они могут сами, и перспектива работать вместе их уже не будет пугать, как угроза их Актуальной Самости. Только надо, чтобы хоть самые тонкие ниточки сохранились — память, что мы все-таки из одной семьи. И тот дядя, сравнение с которым нам так важно, а если не в нашу пользу, то это он виноват — что этот дядя все-таки тот самый, хотя и постаревший папа.

Зачем Синтону Интернет?

Адрес синтоновской странички: http://www.syntone.ru

Добро пожаловать

Сейчас Синтон без странички в Интернете представить уже трудно, хотя, по моему мнению, за этим (по крайней мере пока) стоит не реальная необходимость, а больше дело престижа: как, у Синтона нет своей странички?? У всех есть, а у Синтона еще нет? Да, ребята…

Вы можете зайти к нам на страничку, хотя, по моему мнению, она вам нужна мало. Так же как и Синтону. Действительно, поток людей в Клуб обеспечивают книги, Интернет здесь не добавляет почти ничего, а тогда — зачем? Если ты в Клубе не был, большого смысла торчать в Интернете, рассматривая фотографии ведущих, нет: лучше придти в Клуб и составить впечатление живое. Если же ты в Клубе был, тебе рассказ о нем, о ведущих и их тренингах на сайте не нужен. Ну, когда-то пригодится свежее расписание и вообще клубные новости. Треп в Гостевой книге — любопытен, но обычно не более.

  • Хотя… Простите, погорячился: важные события могут происходить в Гостевой!

Славный человек Жан дал на Гостевую книгу великолепную зарисовку:

До меня совсем недавно дошло, что Гостевая книга (ГК) живет своей собственной жизнью, совершенно отличной от жизни реального Синтона. Вообще, ГК напоминает мне подъезд дома: туда-сюда ходят люди, знакомые и незнакомые, кто-то с кем-то встретился и оживленно беседует о чем-то только им понятном, кто-то клеит свои объявления: "приглашаю", "состоится", кто-то ходит и спрашивает: "а где тут… а как пройти туда-то?" У подъезда, как обычно, сидят старушки и всегда что-то серьезно обсуждают: от "какая плохая была дискотека" до "пойдет ли нормальный человек в Синтон?". Старушки, вообще, очень примечательные: их, например, может возмущать не то, что плюют в подъезде, а то, что плевать там как раз нельзя. Самое интересное здесь то, что молодежь не проходит мимо них, а внимательно к ним прислушивается. Даже очень занятые и серьезные жильцы дома, порой сняв пиджак и ослабив галстук, часами спорят со старушками, отложив все дела. Надо заметить, что ГК других сайтов, которые я посещал, отличаются поразительной однообразностью (сплошное "так держать, молодцы, хороший сайт» ) и малопосещаемостью. Поэтому ГК Синтона читать гораздо увлекательнее, но все же я надеюсь, что гостевая не является объективным и правдивым отражением Клуба и его идейной направленности.

Резюме: я укрепился в мнении, что серьезные люди в Интернете не торчат и большого желания трепаться в Гостевой книге не имеют. Болтают там — бездельники. Поэтому я был бы огорчен, если бы в Гостевой среди перекидывающихся случайными репликами стал бы встречать кого-то из моих учеников, тем более — дистантников.

  • Для меня это все равно как если бы они стали завсегдатаями пивбара.

Приятно похвалиться, что синтоновский чат (болталка) практически пустует: как я понимаю, не-синтоновцам предмета поболтать нет, а синтоновцам треп по Интернету уже не вкусен. Ну и славно: количество бездельников если не уменьшается, то хотя бы — не увеличивается.

Синтон и цензура

Одна из любимых тем, которую несколько месяцев подряд с аппетитом обсасывала интернет-тусовка, это введение в синтоновской Гостевой книге цензуры. Как, в Синтоне, в оплоте личной свободы, затыкают рты?!

…! ..?! …!!! ….!!!

  • Тут несколько ярких выражений было стерто. Цензурой.

Ну почему, ну почему же в конце концов в Синтоне ввели цензуру?!

И еще: вот почему в горячих дискуссиях, которые сезонно вспыхивают то по одному, то по другому очень спорному для спорщиков вопросу, не принимают участие ни Козлов, ни другие ведущие?

  • Не уважают, да?

Отвечаю. Картинкой.

У вас в районе, прямо перед вашими окнами, построили лицей с великолепной педагогической командой. В качестве эксперимента и в целях развития демократии рядом со лицеем администрация поставила специальный большой забор, на котором каждый свободный лицеист мог очень большими буквами писать любые слова. Как это ни странно, любители нашлись, и культовые слова пубертатной культуры очень большими буквами были написаны. Вопрос: если школьная администрация хочет разъяснить довольным деятелям пубертатной культуры, что замысел о заборе был немного другой, стоит ли ей разворачивать дискуссию на том же заборе?

  • Да, а когда уборщица тетя Маша по просьбе директора стала некоторые выражения с забора стирать, на нем появились гневные тирады о смерти школьной демократии!

У меня есть мнение, что те, кто любит свой лицей, продолжают в нем учиться и заняты классными уроками, а не дискуссией на заборе. Воодушевленно же пишут на заборе и ночами напролет шумят в Интернете чаще всего те, кому хочется именно пошуметь.

  • То есть, надеюсь, не вы.

Я понимаю: у тебя возникает вопрос, недоумение, недовольство. Что делать? Конечно, можно кричать и возмущаться, в том числе публично.

  • Это можно, особенно если ты Синтон не проходил или он тебе не близок. Но догадайтесь, что и обслуживать человека с такой заборного уровня культурой, отвечать на его крики желание возникнет не у всех.

Если ты хочешь получить ответ, тем более — разумные и действенный ответ, обратись воспитанно и корректно, обратись адресно. Ты хочешь настоящего результата, а не шумихи, ты заботишься о Синтоне — тогда добивайся именно результата, а не шумихи, и помоги Синтону стать лучше.

Чтобы это было понятно по возможности раньше, я предложил встречать наших гостей в Интернете следующим приветствием:

"Наша гостиная — это не забегаловка, где можно громко кричать задиристые всем слова. По нашему замыслу, гостиная — это уютный зал, куда придти зайти всем, кто по делу или решил навестить своих друзей. Друзей — это не значит, что среди отзывов гостей о Синтоне мы ожидаем только восторженных отзывов, но от любого гостя мы ожидаем элементарной воспитанности, то есть вежливости, доброжелательности и, естественно, ума. Если вы оставите за собой грязные слова, мы, естественно, за вами подотрем, но, может быть, мы вместе будем делать красиво?"

Мне очень любопытно, как вы будете вести себя в следующей ситуации. Вы сидите дома, вдруг к вам звонок в дверь. Вы открываете, перед вами стоит незнакомый вам человек и начинает вам кричать, что он с вами совершенно не согласен по куче вопросов и поэтому вы дурак последний и наверное даже гад. После этого он хочет пройти к вам в дом и продолжить эту интересную дискуссию. Ваше решение: вы пригласите его к себе или закроете перед ним дверь?

Ответ: если вы сейчас скучаете, правильно его к себе пригласить. Тогда начнется вполне весело. Если же у вас дела, вы улыбнетесь, поблагодарите человека за внимание к вам, но дверь закроете и займетесь своими делами.

Самые большие любители безграничной свободы, насколько я знаю, живут все-таки не в чистом поле, а в домах, где стены защищают их от холода и ветра. Стеной он преградил путь ветру, ущемил его свободное право морозить его свободные уши.

  • Естественно, если ты сильный, если ты закаленный (чего мы тебе и желаем), у тебя есть возможности и другие, а именно весело выйти на мороз и нырнуть в обжигающую прорубь, но после этого обычно люди все-таки одеваются и идут в теплый дом.

Заканчивая разговор о цензуре и других запретах — если вдруг меня зажали, а уходить мне некуда, я буду огрызаться и буду против: мою свободу ущемили. Но если я сюда пришел сам, здесь многим нравится, а мне вот нет, я кричать и возмущаться не буду. Я поблагодарю хозяев за гостеприимство и уйду.

  • Повторю: уйду без возмущенных криков.

Если тебе здесь плохо, не очевидно, что это место плохое. Возможно, это место делали не для тебя.

А для кого?

Тук-тук, кто в тереме живет?

Сидит царевна-лягушка, плачет горючими слезами. Спрашивает ее Иван-царевич: "Что ты плачешь, о чем печалишься?" — "Как мне не плакать, Иванушка, не разрешат тебе родители на мне жениться!" — "Не плачь, любимая, не горюй, я себе другую невесту найду!"

Очень, очень синтоновское!

Синтон изначально был задумал как психологический Клуб, что есть проект крайне рисковый. Поясню. Если у вас не Клуб, а Центр, то человек проходит тренинговую группу и Центр покидает, даря себя как произведение искусства снова своим близким. Своим продуктом мы кормим не себя, а других. А если у нас Клуб, то продукт нашей работы мы испытываем на себе. Клуб, община, называйте как хотите — это место, где мы питаемся продуктами своей же жизнедеятельности. Что себе (из себя) сделали — то и скушать придется.

  • Впрочем, достаточно скоро Синтон стал вкусным местом.

Что в первую очередь давал людям Синтон? Синтон раскрепощал, давал силу и свободу и обучал разумным житейским навыкам. Вопрос воспитанности не вставал, по крайней мере центральным точно не был, и выпускники Синтона вполне могли оставаться людьми свободными и дикими.

  • Дикий человек, например, где кушает, там и какает. Ну или какает там, где кушают другие.

Другое дело, что в Синтоне всегда собирался преимущественно качественный контингент, и когда раскрепощались они, то Синтон от этого только хорошел. Все нормально.

Или почти все. Потому что, если приглядеться, то часть синтоновцев Синтон явно не красила, и особенно это бросалось в глаза новичкам. Они пришли туда, где мечтали найти свою сказку, они начинают посещать действительно толковые — и веселые — тренинги, но вдруг в Клубе встречают прошедшего все мыслимые клубные тренинги синтоновца-старичка, бесцельно в Клубе тусующегося и злословящего про Синтон.

  • Толковые люди, как бы им ни нравился Синтон, в нем обычно долго не задерживаются. У них есть чем заняться в жизни, они берут в Синтоне все, что им нужно, и, с самыми светлыми чувствами попрощавшись с Синтоном, возвращаются в жизнь заниматься делом.

А бездельники в Клубе с удовольствием остаются. А чо, здесь клево! Можно сидеть и перед новенькими изображать человека, Синтон безусловно переросшего: "Ну, молодежь наивная… мы все это уже прошли…" И по возможности злословить. Кстати, очень странно: он на Синтон какает, но из Синтона не уходит. Ему сделали Синтон, ему в Синтоне хорошо, но если ему в Синтоне что-то кажется плохо — он начинает возмущенно предъявлять претензии тем, кто Синтон ему сделал.

Любой наезд на такого бездельника он воспринимает как злобный наезд на клубную демократию в целом. "Я в Клубе хочу жизни именно такой и я — полноправный член Клуба. Значит, вы обязаны считаться с моими желаниями. У нас — демократия. А если вы со мной и моими желаниями не считаетесь, значит, в Клубе нет демократии и вы — …"

  • далее текст не по Уставу.

Так есть в Синтоне демократия — или нет? И как к этому относиться?

Отвечаю.

Клуб и демократия

Демократия. Демос — народ, кратос — власть: власть народа.
Демагог. Демос — народ, гог — защищать: защитник народа.
Симпозиум. Сим — вместе, посиум — лежать. Правильно, древние греки совещались лежа.

Люблю переводы с греческого!

Самый первый Устав Клуба Синтон начинался словами:

"Главным человеком в Клубе является член Клуба. Руководитель Клуба, администрация и прочие ведущие являются уважаемым, но вспомогательным персоналом. Все главные вопросы: что будет в Клубе и как ему жить — решает не руководство, а сами члены Клуба".

  • Вот так.

Это было то, с чего я начинал. Я вообще был радикальным демократом.

Например, в начале перестройки, когда на площадях поднимались плакаты "Партия, дай порулить!", я горел Проектом: вот сделать такую специальную голосовательную газету, где собираются все важные вопросы про нашу жизнь. В ней будут обсуждаться все традиционно обсуждаемые важные вопросы: альтернативная служба, льготы депутатам, где строить гаражи и размер пенсии, а самая соль в том, что после всех умных и разных статей про плюсы и минусы в газете есть отрывные талончики: "Я за то" или "Я за это". Оторвать правильный талончик и опустить в почтовый ящик — на это у народа сил хватит, а в результате мы имеем мнение народа по всем вопросам и будем строить жизнь такую, какую хотим мы!!!

Когда я с воодушевлением сформулировал этот свой проект Валерию Хилтунену (помните его гремевшую на всю Россию публицистику в "Комсомольской правде"?), он отозвался коротко и без всякого энтузиазма: "Именно народ в свое время проголосовал за то, чтобы Сократ выпил чащу с ядом". Я, конечно, возмутился… но стал думать об этом внимательнее.

Прошли годы. Что думаю я об этом сейчас?

Сейчас меня мнение народа не интересует. Точнее, это то, за чем надо следить, чтобы делать его таким, каким надо: позиция совершенно такая же, как у любых разумных родителей к своим детям. Мало ли что хотят дети?!

  • "Мам, ну давай посмотрим мультики, а потом поиграем в железную дорогу!" — А мама только пришла с работы, ей еще готовить ужин и сегодня все постирать…

Когда человек растет, он меняется: меняется и его кругозор, и его ценности. Желания ребенка отличаются от желаний уже подростка, интересы подростка — от интересов вступающего во взрослую жизнь молодого человека, а ценности зрелого взрослого — совсем третьи. Отвечать на то, что интересно сейчас, — это значит, как правило, держать человека на его сегодняшнем уровне.

Как Л.С.Выготский формулировал закон опережения обучения: "Обучение только тогда хорошо, когда оно идет впереди развития"[2], так и я формулирую закон опережения интереса:

Клуб должен давать то, что будет интересно человеку на его следующем шаге душевного и духовного развития.



Страница сформирована за 0.15 сек
SQL запросов: 170