УПП

Цитата момента



Так они и жили — душа в душу.
То она ему в душу, то он ей…

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Устройство этой прекрасной страны было необычайно демократичным, ни о каком принуждении граждан не могло быть и речи, все были богаты и свободны от забот, и даже самый последний землепашец имел не менее трех рабов…

Аркадий и Борис Стругацкие. «Понедельник начинается в субботу»

Читать далее…


Фото момента



http://nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/d3354/
Мещера

Книга для тех, кому нравится жить, или Психология личностного роста

Второе предисловие

1

Когда в серии "Мастера психологии" (издательство "Питер" ) я издал "Формулу личности", безмерно уважаемое издательство АСТ-ПРЕСС устроило мне скандал: "Измена! Наш любимый автор продался чужим!" Ничего я не продался, а вот поговорить с коллегами психологами — действительно, желание было.

  • Вы знаете, мои коллеги-психологи — люди такие интересные! Они читают книги только под серьезными обложками, с важными словами и чтобы серия была солидной. Вот я и оделся прилично и издался в "Мастерах".

Однако за толстую обложку приходится платить: народу дополнительными деньгами, автору — правилами хорошего моветона, подбором только вежливых (то есть не вполне живых ) оборотов и обстоятельностью упорядоченного изложения, детерминированного интенциями научно-ориентированной аудитории, референтной к культурным универсалиям и имплицитно требующей адекватной как манифестации, так и репрезентации антропологического контекста в рамках динамических соционормативных структур.

  • М-да.

Так вот, книга возвращается в народно-популярные издания, к самому широкому читателю, ограниченному только глубоким интересом к психологии.

Я не стал книгу переделывать радикально. Что сделал? Освободил текст от методологии и методик, по настоящему важных только профессионалам, написал новую главу "Любовь и Дружба" и переписал "По дороге к Солнечному дому".

  • До встречи в пути!
2

Еще: эту книгу я писал в содружестве с Тимуром Гагиным. Тимур Владимирович Гагин вполне достоин того, чтобы я представил его нашим читателям: человек исключительной порядочности, психолог от Бога и классно пишет. Сделал себе Синтон в Уфе, ведет кучу групп, всегда где-нибудь учится, тут же обучает психологов, пишет великолепные методические разработки, взваливает на себя все, что только можно взвалить — то есть такой же трудоголик, как и я. Вообще же он гораздо лучше меня: я порывистый и увлекающийся, а он спокойный и рассудительный; мне бывает не до людей, а он предельно тактичен, заботлив и внимателен.

  • Он до белого каления вас своей вежливостью доведет, спрашивая по любой мелочи, не потревожит ли он вас и будет ли вам это удобно!

Он вообще такой правильный, что его укусить хочется.

Впрочем, бывает ехиден, но не зло, а поссориться с ним, похоже, вообще невозможно. Не буду скрывать, я с ним с удовольствием дружу.

К сожалению, к работе над книгой он подключился в последний момент и успел сделать гораздо меньше, чем мог бы. Где-то его мысли и иллюстрации вписаны в основной текст, но чаще вставки Тимура и его комментарии вклиниваются, выделенные так:

Тимур ============

Далее идет текст Тимура, например его ехидные комментарии.

============== (конец Тимура )

Однако скоро Тимур напишет свою толстую книгу, у нее уже название есть: "Работа психолога: как это делается". Так вот, там буду вклиниваться в его текст я, вот мы будем и квиты.

Да, кстати, а вот и он, уже появился:

Тимур ============

Ох и Ах, или что я делаю в этой книге

Откуда я взялся в этой книге? Изначально я был нормальным читателем Н.И., а не соавтором. Я читал первую книгу, "Как относиться к себе и людям", и радовался, насколько она ясна и едва ли не бесспорна. Читая вторую книгу, "Философские сказки", я был доволен тоже, потому что она затронула размышления и вопросы, которые были и остаются для меня весьма интересными. "Сказки" предложили уже небесспорную, но часто неожиданную и глубокую точку зрения на то, что лежало в основе веселого подначивания первой книги. И чем на большей глубине обнаруживались в "Сказках" отличия,

  • Если обнаруживались,

тем более дорогим собеседником для меня становилась книга, не позволяя просто пробросить случайный ответ, требуя четкости и ясности мысли.

  • Потому что чем больше ругаешься, тем ярче обычно обнаруживается бессилие возразить.

Третья книга, "Истинная правда", читалась тоже с удовольствием, но больше потому, что ее вопросы я уже не только успел к этому времени найти сам, но и более или менее четко сформулировать свои ответы. И было приятно, что ответы эти во многом с ответами Н.И. Совпадали — без предварительного согласования.

  • Правда, признаюсь честно, были тогда, во время первого прочтения и такие темы, которые меня не очень интересовали, которые интересны стали уже потом.

А вот "Формула личности" была для меня трудна. Быть может потому, что ее душа, ее внутренняя суть оказалась близка чему-то недавнему во мне, чему-то такому, что еще только искало свои — даже не ответы, а нужные вопросы. И поэтому с "Формулой" я разговаривал подолгу, читая и перечитывая, споря и соглашаясь, уточняя и разыскивая те намеки на будущее, до которых не доросла еще и сама книга.

  • Ведь читатель со стажем давно уже понял: у книг Козлова души разные — постольку, поскольку разное тревожит собственную душу Николая Ивановича в момент написания. Первая книга яркая и жизнерадостная, вторая повзрослее и пораздумчивее, третья одновременно деловая и неторопливая, четвертая… очень разная эта четвертая. Недаром из нее по сути получилась пятая, которую вы и держите в руках.
Кто подстелит соломки?

Итак, я был читателем. И читателем я был иногда озабоченным. Почему? Потому что в книгах Н.И. мало техники безопасности. Он почему-то очень часто полагает, что сами собой разумеются и его мысленные оговорки, и ироничные над собой усмешки по ходу написания, и внутренние раздумья, и душевные противоречия.

  • Они есть, и в тексте, если присматриваться, видны. Но — если присматриваться. А читают книги Козлова обычно взахлеб.

А еще Николай Иванович обладает уникальным даром прорезаться в основную суть, не слишком заботясь о дипломатии и нежных чувствах.

  • Что иногда читателя пугает и отвращает от самой сути.

Вот тут мы и подходим к первому ответу на вопрос "зачем я здесь": для этой самой техники безопасности.

Помните, был такой мультик про Оха и Аха — двух молодых людей, чье мировоззрение очень хорошо укладывалось в междометия "Ох!" и "Ах!"? Первый практически не отключался от бодрого "Ах, как здорово!" и вообще был энергичным деятелем. Второй всюду подозревал неладное и принимался стонать.

В каком-то смысле я буду в этой книге в роли Оха.

  • Поскольку Н.И., конечно же, Ах.

Мое дело подчеркивать то, что хотя бы может показаться небесспорным и свои мысли на эту тему в текст вплетать, чтобы стиль рассуждений Н.И. читатель не торопился примерять на себя и свою жизнь прямо в лоб, стараясь влезть в кожу автора.

  • То есть все-таки в кожу чужую.

И хотя этот Ох далеко не всегда близок мне душевно, но пусть он в книге будет. Так и читать интереснее.

Эта роль первая. А есть и вторая.

Слишком умный психолог

Козлов мыслит быстро, логично и остро. Гораздо быстрее и острее многих, кого я встречал. Поэтому в словесной схватке он побеждает, легко перехватывая основные моменты: определения (что понимать под словами-названиями ) и интерпретации (какой из возможных выводов оценить как лучший или единственный ). Все это происходит молниеносно, и слушатель обычно не успевает понять, где всего лишь возможное становится уже единственно верным. Поэтому, потрясенный, соглашается: "И как я раньше не догадался?!"

  • Добавьте к этому хотя бы минимальное желание понравиться Николаю Ивановичу. А это желание я часто наблюдаю.

А если еще учесть, что Козлов очень часто бывает удручающе прав, то результаты очевидны: люди, занимающиеся у него в Синтоне, быстро привыкают: с Козловым спорить не надо. Козлова надо слушать. И слушаться…

  • Даже тогда, когда он учит, что надо учиться думать самому и думать наилучшим образом.

И тогда главный вопрос: как к этому относиться? Как относиться к тому, что Козлов (или другой сильный психолог ) может легко опрокинуть систему верований человека, что слишком умный психолог может становиться (и становится! ) на место Папы, Мамы и Универсального Справочника Бытия?

  • Подмена собою Высших Авторитетов как метод работы психолога… — любопытно!

Что получается в итоге? Психолог оказывается у источника, откуда человек черпает свои верования. Психолог оказывается сам источником новых верований. А если учесть, что в данном случае психолог — продвинутый и достаточно радикальный человек, изменивший по крайней мере в своей жизни очень многое, то в душе человека появляется живой источник весьма радикальных верований. Душа стимулируется к радикальному развитию. Простите, а она к этому готова? А кто вообще к этому готов?

  • Когда в хорошо отлаженную систему входит нечто существенно новое, технари говорят о возмущающем факторе. Когда дело касается просто жизни, нормальные люди тут просто возмущаются.

Действительно, хорошо или плохо, но человек жил по своему. И если новые убеждения-верования органично встроятся в его жизнь и душу, то можно только радоваться: жизнь этого человека окажется богаче, интереснее и добрее. Но если душа к новым, радикальным изменениям не готова, тогда комплекс прежних, пусть не самых умных и не всегда добрых, но привычных, естественных, а, главное, сильных убеждений схлестнется с сильным убеждением новым. Начнется — война!

  • Все ли понимают, что такое — война?..

В войне может победить новое убеждение, постепенно подчиняя и переделывая соседей. Хорошо это? Может быть и хорошо, если мы готовы платить длительными и изнуряющими боевыми действиями. А еще — изменениями в личности, которые, чем они радикальнее, тем сильнее скажутся на отношениях с окружающими и — особенно — родными и близкими. Скажутся не всегда в лучшую сторону, ведь у близких тоже есть убеждения.

  • Если ваш сын вдруг начал вовсю отвергать дорогие вам ценности, называя их глупыми, и настаивать на других ценностях, подцепленных у кого-то постороннего, то… ваша реакция?

В войне нового со старым могут победить и убеждения старые: во-первых, их больше, они на своем месте, а во-вторых, прежние ("нормальные" ) убеждения обычно поддерживаются теми самыми родными и близкими. Плюс — большинством окружающих. Так или иначе, но тогда у человека другой стресс: из его души вышвыривают нечто важное, авторитетное и новое, с чем он сам так радостно соглашался. Приходится либо срочно начинать считать дураком себя и снижать самооценку, либо — записать в дураки Козлова: "Как я в нем ошибался!"

  • А, значит, потерять, ради самоуважения и последовательности, многое из того светлого и умного, что с Козловым и с Синтоном связано.

И именно поэтому радикализм и экспансия в работе Козлова мне представляются лишними. Он работает слишком сильно, чтобы работать эффективно. Мне ближе ситуация, когда человек получает не жесткую конструкцию извне (приживется — не приживается ), а обилие полезной информации (и стимулы для самостоятельного ее поиска ). Это с высокой долей вероятности мягко и постепенно поменяет целое поле собственных и родных человеку убеждений. И тогда умное и доброе убеждение будет уже своим, исконным. Воевать не придется.

  • Хотя провоцировать мелкие стычки можно: чтобы развалились те глупости, которые развалиться уже готовы и которым нужен лишь толчок.

Вот такое-то отношение читателя к идеям Н.И., как к очень полезной информации для самостоятельного размышления я и хочу поддержать. И собираюсь притормаживать время от времени стремительный бег козловской мысли: то своими вопросами, то рассуждениями давая возможность читателю обратить внимание на небольшие нюансы только что прочитанного.

  • Ох…

Наконец, есть и третья роль. В этой роли читатель меня узнает не всегда, да это и не важно. Суть в том, что свои мысли по многим темам книги есть и у меня, и поэтому я их, с доброго согласия Николая Ивановича, могу предложить вам для размышления тоже. Они просто разбросаны в тексте, и их совершенно не обязательно из других выделять. Потому что, как бы я ни старался быть осторожным человеком по имени "Ох" или придирчивым сторонником всеобщего права на собственные мысли, сам я с Н.И. мыслю очень и очень сходно, делая подчас разницу лишь в тонкостях расстановки акцентов.

  • Может быть, потому что живу очень похоже.

===============

Первое предисловие

1

– По глазам собравшихся читаю я многочисленные вопросы относительно себя. Готов ответить! Неутоленное любопытство страшнее голода.

– Ах, граф, как вы добры! — воскликнул Федяшев.

Эпиграф без подписи

То, что меня пригласили печататься в серии "Мастера психологии" — для меня, не скрою, очень лестно. Думаю, что этим приглашением я обязан в первую очередь большим тиражом своих книг и вытекающей отсюда известности для читающей публики, и поэтому считаю оказанное мне предпочтение не вполне справедливым. Я знаю десятки практи­ку­ю­щих психологов — великолепных мастеров, работающих ничуть не менее профессионально, и при этом глубоких теоретиков. Но, к сожалению, они не пишут, и ровно поэтому народ их не знает.

  • Жаль, что они не пишут, и жаль, что народ их не знает.

Великое дело большие тиражи! Попал в тираж, вошел в обойму известных — тебя уже раскручивают дальше просто по законам торговли. А в результате, как мне сообщили, наши первокурсники педагогических вузов знают трех главных психологов: для них это Фрейд, Юнг и Козлов.

  • Правда, иногда упоминалась другая троица: Кашпировский, Лазарев, Козлов.

Козлов уверенно входит в народный фольклор. Например, на всемосковской толкучке, в газете бесплатных объявлений "Из рук в руки" в рубрике "Знакомства" вместе с всем понятной формулой "без в/п" (если вы не знаете: "без вредных привычек" ) нередко встречается и "Солнышко по Козлову".

  • И всем все понятно.

Надеюсь, тем не менее, что к моим заслугам относится не только способность писать книги: хотя бы потому, что за письменным столом я скорее записывал, нежели писал. Записывал то, что рождалось в процессе моей пятнадцатилетней (и, как теперь я могу, оглядываясь назад, оценить, достаточно успешной ) практической работы.

  • Причем рождалось и записывалось из года в год по-разному, и хлесткая и яркая мысль из одного момента жизни не всегда на бумаге уживалась с соседкой, из момента другого, но мирить их — это тоже игра. И играть в эту игру весьма приятно. Особенно вместе с читателем. Да, Читатель?

Думаю, что для развития психологической практики в России мною сделано немало: самым плодотворным, на мой взгляд, оказалось создание методических пособий, в которых удалось подробно прописать сценарии тренингов, разработанных и прошедших практическую проверку в нашем Центре. Готовые к прикладному использованию, эти методические пособия достаточно полно представили для психологов содержание "Синтон-программы", а вместе с регулярно проводимыми обучающими семинарами создали условия, благодаря которым в нескольких десятках городов России организованы и успешно работают с молодежью психологические центры и клубы. Наверное, сейчас можно уже сказать, что нами разработано собственное направление в психологии и заложены основы для создания своей школы.

Никоим образом не преувеличивая свои возможности как психолога (например, моя психотерапевтическая квалификация недостаточна ), я, тем не менее, могу назвать области психологической практики, в которых мне пришлось быть, по сути, первооткрывателем и в которых, по-видимому, я до сих пор являюсь лидером. В первую очередь это:

организация клубной психологической работы;

методика групповой психологической работы с молодежью;

методика Дистанции (управление самостоятельной работой по запланированному личностному росту ).

Как показывает сопоставление моей практики с работой и взглядами моих коллег, я представляю достаточно оригинальный, не вполне традиционный для классической (в том смысле, в каком принято понимать этот термин в наши дни ) психологии — как науки, так и практики — свой подход. Тем не менее, собственный вклад в психологическую науку я могу оценить лишь как "очень небольшой". Главная причина этого, скорее всего, — моя привычка работать самостоятельно, опираясь только на свою голову и силы.

  • Ну, может быть, еще и бунтарский дух, не очень совместимый с благообразием научных тусовок и дисциплиной строгих научных статей. Вау!

Итого, по науке: не выступал, не участвовал, не привлекался. Статьи в научные журналы не посылал, на научные конференции старался не ездить. Почему? Уважаемые коллеги, ответьте мне на наивный вопрос: что люди ждут от научных конференций? Итоговые документы разрабатываются помимо всяких выступлений в соседней комнате (сам не раз писал ) и обычно из очень дипломатических соображений.

  • Ну, например, чтобы в министерстве денег все-таки дали.

Ваше выступление напечатают в сборнике материалов конференции.

  • То есть вроде бы и напечатают, а вроде бы никто и читать не будет. Ну и ладно, легче писать.

А что вы услышите на научной конференции? Большой доклад обычно обозревает ситуацию в целом, из мелких докладов ты поймешь только кто по какой тематике решил засветиться в преддверии кандидатской.

  • И все.

Перерыв, буфет, ну, книжки разные рядом продаются. И вы два дня сидите, глядя на президиум. Вы на это потратите два дня своей жизни?

Ладно, каждая тусовка играет в свои игры, а что все-таки приобретете вы, потратив время на чтение этой книги?

2

Как-то у Раневской спросили о том, как прошел спектакль. Она ответила, что ужасно.
– Почему?
– Зритель был не талантливый.

Надеюсь, моя книга вам понравится

Тематика осталась прежней — личная жизнь: жизнь душевная, по необходимости телесная и по возможности духовная; взаимоотношения с близкими и теми, которые куда подальше, а также что при всем этом делают и могут делать психологи. Да, об я писал и раньше, теперь пишу то, как я это вижу сегодня. Я понимаю, что многим эта тематика — личная жизнь, особенно в душевном варианте — кажется слишком узкой, но пока меня беспокоит только то, что для меня она слишком широка.

  • Как жизнь.

Как обычно, меня допекали просьбами подробнее раскрыть следующие, более интересующие современного человека темы, например:

Как зарабатывать деньги,

  • Ну, имеется в виду — большие деньги

как разбираться в людях,

  • Чтобы тебя не кинули, например. Или чтобы понять: это выгодный жених или не очень? Будут у него деньги или нет?

и как добиваться успеха.

  • В чем успеха — вопрос не стоит. Ну уж не в том, конечно, чтобы жизнь твоя смысл приобретала: имеется в виду успех в приобретении места в жизни. Ну денег, короче.

Отвечаю: возможно, я уже которое десятилетие чего-то существенно не понимаю, но я никогда не знал и не знаю отдельной отрасли жизни под названием "добыча бабок". Я знаю, что если ты начинаешь жить как следует, у тебя появляется все: и друзья, и любовь, и деньги. По моему ощущению, мой подход к жизни предельно коммерциализирован, я бизнесмен всегда и во всем, я просчитываю эффективность вложений и при заключении договора на следующую книгу, и когда даю согласие (или, чаще, не даю согласие ) придти вечером на чай поболтать с друзьями, и когда, забыв обо всем, люблю ту женщину, которую не любить мне невозможно.

  • В последнем случае норма прибыли зашкаливает по любым показателям.
3

Писать надо жрабельно!

Слушаюсь

Зная, насколько увлекающиеся и разбросанные люди психологи, многие темы я пытался аккуратно систе­ма­ти­зи­ро­вать, разложив материал по полочкам и табличкам. С другой стороны, мне было приятно доставить радость и тем, кто любит купаться в звуках, красках и образах великого и могучего. Словесный, интонационный и звуковой строй нашей речи — это то, что держит мелодию жизни, привносит в душу свет и легкость — или тяжесть и напряжение. Именно поэтому использование живого, чело­ве­чес­кого, разговорного языка является одним из методов моей психо­ло­ги­чес­кой работы: естественно, если я хочу из забитого тоталитарной мамой и авторитарным образованием скованного невротика

  • все прилагательные здесь можно без потери смысла поменять местами

воспитать полноценного и чувствующего вкус жизни человека, я обязан говорить с ним не на научном воляпюке, а на языке живом и разном: языке прозрачной поэзии и грохочущих трамваев, голых раздевалок и тихой нежности прощания.

  • Поэтому тот, кто проглатывает мои книги, пропускает самое важное — их вкус. Целое книги соткано из маленьких лоскутков, составлено из сотен лакомых кусочков. А, как пишет Борис Агапов, "Маленький кусочек жрать невозможно. Его можно или не заметить, или положить на язык и почувствовать его вкус".

Эта книга продолжает жанр научно-художественной литературы (НХЛ: "Шай-бу! Шай-бу!" ), в котором я иду по стопам безмерно уважаемого мною В.Л.Леви. Приятно отметить, что к нашей компании присоединяются уже многие, формируется целая традиция, где общим является свободный, на дыхании построенный стиль, внимание к поэтике речи

  • и даже оформление.

Надеюсь, что эта книга начнет еще одну традицию, а именно, использование умных картинок. Это не картинки-иллюстрации, обычно вставляемые для оживляжа сухого текста, не таблицы и не логико-концептуальные схемы. У меня образное (в том числе ) мышление, и я попробовал непосредственно зарисовать то, что я вижу внутренним взором, когда рассказываю о чьей-то жизни или когда строю свое собственное поведение и свою жизнь. Как у любого строителя всегда есть план будущего дома, так и за любым моим действием всегда присутствует такой же, то есть достаточно четкий, план.

  • И меня совершенно не напрягает, когда я вижу рисунок предстоящего поцелуя или прочерчиваю интригу планируемого скандала: был бы рисунок красив и скандал продуктивен.

С одинаковой долей истины можно сказать и то, что я живу расслабленно-интуитивно, и то, что мое поведение всегда контролируется жесткими внутренними схемами и правилами; просто в деловой беседе стратегия и схема одна, в жесткой конфронтации композиция другая, а в потоке нежности структура мелодии третья — но такая же видимая для меня и состоящая из вполне известных мне элементов, кубиков, которыми я играю.

  • И создаю: в деловой беседе выигрыш нам, в конфронтации проигрыш им, в потоке нежности — полет и растворение.

Так вот, то, что можно передать без теплоты касания, без рисунка жеста, без музыки интонации и приглашения взгляда, передать только оживающими словами и образным представлением через умные картинки, — это я и постарался в своей книге передать. Совершенно не буду возражать, если вы, уважаемые коллеги-психологи, будете использовать приведенные графические схемы — умные картинки — в своих занятиях.

  • Собственно, что многие давно уже с большой радостью и делают.

В названии книги присутствует "Солнечный город", а в тексте часто будет упоминаться "Солнечный дом". Что это за архитектура? Сожалею, но подробный рассказ об этом вы найдете только в конце книги. Потому что пока не разберешься, что такое Синтон, нельзя ничего понять о Солнечном доме, но без упоминания о Солнечном доме не расскажешь о Синтоне.

  • Вот так хитро и читайте.

Моя хозяйка, Жизнь, все то время, пока я писал эту книгу, щедро дарила мне людей, которые подкидывали мне дивно сочные образы и вкусные мысли. Как настоящий жадина, я все их подбирал и с удовольствием лепил из них свой текст. К сожалению, полный список моих соавторов привести я затрудняюсь, тем более памятуя классическое изречение:

Все, что сказано хорошо, — мое, кем бы оно ни было сказано.

Кажется, это говорил Сенека, но в меня это вошло настолько давно, что стало и моим тоже. Обнимаю всех, кто меня любит, и приглашаю к веселому делу антиципации единиц значения в контаминантном потоке авторского тезауруса, ведущего к порождению адекватного динамического гештальта в едином парадигматическом поле и, в конечном итоге, к транс­индивидуа­ль­ному семантическому консонансу.

– Я не есть это мочь! — в отчаянии закричала Лоренца. — Моя голова …ничт… не мочь это запимоинайт…

– Может! — спокойно сказал Калиостро. — Голова все может…

– Особенно если это голова великого магистра, — добавил Жакоб.

Поехали!


 Этот и все остальные эпиграфы без подписи взяты из фильмов Марка Захарова по сценариям Григория Горина. Очень их люблю.

 "Синтон": произносится с ударением на втором слоге и никакого отношения к религии синтоизма не имеет. Синтонный человек — созвучный, настроенный на волну другого, легко входящий с ним в контакт. Противоположность конфликтному. Подробный и глубокий анализ синтонности и конфликтности дан в монографии А.П.Егидеса "Лабиринты общения".

 Считаю приятной обязанностью назвать здесь А.П.Егидеса своим предшественником и учителем.


 

 

 

 

 

 



Страница сформирована за 0.21 сек
SQL запросов: 174