АСПСП

Цитата момента



Спорить надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно потраченное время.
Осваивай «Тотальное ДА!»

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Помните, глубоко внутри каждого из нас живет Ребенок, который возится и поднимает шум, требуя нашего внимания, и ожидающий нашего признания в том, каким особенным человеком он или она является.

Лейл Лаундес. «Как говорить с кем угодно и о чем угодно. Навыки успешного общения и технологии эффективных коммуникаций»


Фото момента



http://nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/
Мещера-2009

щелкните, и изображение увеличится


Наталия Забила. Катруся уже большая

КАТРУСЯ ПРИГЛАШАЕТ ГОСТЕЙ

Мама подняла занавеску на окне и сказала:

- Вставай, Катруся! С днём рождения тебя!

Катруся открыла глаза. За окном падал снег. Словно маленькие белые парашютики спускались откуда-то с высоты. Они летели и тихо мерцали в воздухе. И на улице было так бело, что Катруся даже зажмурилась.

- Вставай, Катруся! — повторила мама. — Вставай и одевайся сама. Теперь ты большая, тебе уже пять лет!

Пять лет. Это и правда очень много. Не то что три или четыре. После пяти будет шесть, а после шести — семь. Тогда Катруся будет уже совсем большая и пойдёт в школу. У неё будет коричневое платье с чёрным фартучком и портфель, как у Наташиной сестры Люси.

А в портфель можно класть тетрадки, и книжки, и разноцветные карандаши, и перышки… У Катруси есть тетрадь для рисования и разные книжки с картинками. И цветные карандаши тоже есть. А портфеля нет. Если бы был портфель, Катруся могла бы и сейчас всё класть в него. И тогда мама не говорила бы, что карандаши валяются всюду, где не надо. Мама, конечно, говорит правду, но что же поделаешь с этими карандашами? Вот жёлтый карандаш и совсем куда-то пропал.

И почему это нельзя покупать детям портфель, если они ещё не ходят в школу? Конечно, не самым маленьким ребятишкам, которые ничего не понимают. А вот тем, например, кому уже пять лет? Катрусе сегодня пять лет, и она уже всё понимает и много всяких дел умеет делать.

Одеваться Катруся тоже умеет. Она быстро натянула чулки, обулась и надела лифчик.

- Пожалуйста, мама, застегни мне пуговицы, — попросила она.

Мама застегнула пуговицы на лифчике и на платье тоже. Потом взяла гребешок и начала расчёсывать Катрусины кудри. Кудри у неё были такие же тёмные и подстриженные, как у мамы.

Ну что ж, пуговицы на спине и вправду трудно застегнуть самой. А волосы расчесать и большие девочки не всегда умеют. Катруся один раз сама видела, как Люся собиралась в школу и бабушка заплетала ей косу. А Люся совсем большая, она уже в третьем классе!

Катруся оделась, умылась, причесалась и села завтракать. Мама поставила перед ней тарелку молочной каши и посыпала кашу сахаром.

Катруся не очень-то любила молочную кашу. Она хотела поморщиться и сказать: «Не хочу-у-у!» — да тут же вспомнила, что сегодня она уже большая. А большие всегда едят всё, что бы им ни подавали. Поэтому Катруся молча взяла ложку и начала есть.

- А где папа? На работе? — спросила она.

- Нет, ведь сегодня воскресенье, — ответила мама. — Папа уже позавтракал и пошёл что-то купить.

- О! — закричала Катруся, соскакивая с места. — Я знаю что! Он пошёл купить мне подарок! Правда, мама?

- Может, и подарок, — усмехнулась мама. — Только садись, пожалуйста, на место и ешь. Каша остынет.

- Я сейчас всё съем, не беспокойся! — сказала Катруся и снова взялась за ложку.

Каша была очень вкусная — наверно, сегодня мама её как-то иначе сварила. На тарелке скоро ничего не осталось.

- Спасибо! — сказала Катруся и встала из-за стола.

- На здоровье, — ответила мама. — Вот какая ты у нас сразу стала большая: и кашу всю съела без капризов и «спасибо» сказала. Молодец!

После завтрака мама пошла в кухню, а Катруся за ней:

- Можно, я буду тебе помогать, мама? Ты будешь мыть посуду, а я буду вытирать.

- Нет, дочка, сегодня не надо. Я сейчас поставлю тесто, а ты вот что сделай: пойди к Наташе, к Вале и Юре, к Лесику и к Рите и пригласи их к себе на день рождения.

Катруся запрыгала от радости:

- Ой, как весело! Я одна пойду? Как большая?

- Ну конечно, иди одна. Только покройся моим тёплым платком — на лестнице холодно.

Мамин платок закрыл Катрусю почти всю с головы до ног. Катруся подошла к дверям, но вдруг остановилась:

- Мамуся, а может, и ты пойдёшь со мной? Я же не знаю, что говорить и как надо приглашать…

- Нет ничего трудного, — сказала мама. — Скажешь: «Приходите, пожалуйста, на мой день рождения, сегодня мне исполнилось пять лет». Вот и всё.

- Приходите, пожалуйста, на мой день рождения, мне сегодня пять лет,— шёпотом повторила Катруся и вышла на лестницу.

Дом, в котором жила Катруся, был очень большой, тут было много этажей. Катруся жила на третьем этаже, Валя и Юра — на втором, Лесик — тоже на втором, напротив Валиной и Юриной квартиры. Наташа — на четвёртом, а Рита — на пятом.

В других квартирах, на других этажах, тоже жили разные дети. Только Катруся с ними не дружила, потому что они были или совсем большие, или совсем маленькие, некоторые даже ещё и ходить не умели. Их выносили гулять на руках, закутанных в одеяла, как кукол.

Катруся спустилась на второй этаж и постучала в дверь. Лучше бы, конечно, было позвонить — взрослые всегда звонят. Но звонки почему-то сделаны так высоко, что не дотянешься. Пришлось постучать. Дверь открыла Валина-Юрина мама. Валя и Юра тоже выскочили из комнаты. Они были близнецы и всегда всё делали вместе.

- Катруся пришла! — закричали они в один голос. — Входи, Катруся!

- Здравствуйте, — важно сказала Катруся. — Приходите, пожалуйста, на мой день рождения, сегодня мне пять лет.

- Благодарим за приглашение,— ответила Валина-Юрина мама,—и поздравляем тебя! Теперь ты уже совсем большая!

В эту минуту из квартиры, что напротив, вышел Лесик со своей мамой. Они шли гулять.

Катруся пригласила и Лесика к себе на рождение, помахала ему вслед рукой и побежала на четвёртый этаж. Там жила её лучшая подруга — Наташа.

Дверь открыл Наташин папа. Катруся немножко смутилась, потому что с ним она была совсем мало знакома. Наташин папа был научный работник. Когда Катруся приходила к Наташе, он всегда был или на работе в каком-то институте, или сидел в своём кабинете и что-то писал. Тогда детям говорили: «Тише, папа работает». И девочки старались разговаривать с куклами вполголоса.

Сейчас Наташин папа стоял перед Катрусей и молча ждал, что она скажет.

- Приходите, пожалуйста, на мой день рождения… — растерянно пробормотала Катруся.

Наташин папа надел очки, которые держал в руке, и посмотрел на Катрусю.

- Я вам очень благодарен, — серьёзно сказал он, — но, к сожалению, сегодня у меня деловое свидание с директором нашего института. Из-за этого прийти к вам я никак не смогу. Может, вы позволите вместо меня послать к вам как представителя нашей семьи мою младшую дочь Наталью?

Катруся смутилась ещё больше: никто в жизни ещё никогда не обращался к ней на «вы». Она даже как следует не поняла, что он сказал, и не знала, что ответить.

- До свидания, — вдруг сказала она смущённо. Потом вспомнила, что в таких случаях говорит мама, и добавила: — Извините, что побеспокоила!

Наташин папа вдруг страшно расхохотался. И заговорил уже совсем по-другому:

- Ну молодец, Катруся! Наташа обязательно к тебе при дёт. А сколько же это тебе лет?

- Пять! — гордо ответила Катруся.

Она ещё раз сказала «до свидания» и побежала на пятый этаж приглашать Риту.

На лестнице Катруся увидела большого рыжего кота Мурзика. Этот Мурзик был не просто рыжий, а весь в белых и рыжих полосах, похожий на тигра. Даже выражение его усатой морды было не кошачье, а тигровое. Он почему-то всегда сидел на лестнице и неприветливо на всех поглядывал. Вот и сейчас этот кот лежал на площадке между четвёртым и пятым этажом, в тёплом уголке под трубами центрального отопления. Он спал, а может, только притворялся, что спит. Катруся тихонько прошла мимо кота, и он даже не шевельнулся.

Но только собралась Катруся бежать дальше по лестнице, как вдруг навстречу ей, прыгая со ступеньки на ступеньку, покатился маленький мячик — один бок красный, другой зелёный. А наверху заплакал какой-то ребёнок и кто-то закричал:

- Девочка, девочка! Лови мячик!

Катруся взглянула наверх — там, на площадке пятого этажа, стояла старушка с маленьким мальчиком на руках. Мальчик кричал и плакал — видно, это он упустил свой мячик А старушка не знала, что делать: не то за мячиком бежать не то ребёнка успокаивать.

А мячик скатился на площадку и остановился в уголке И тут Катруся, конечно, его сразу поймала бы. Но вдруг Мурзик выскочил из-под отопления, стрелой прыгнул к мячу и что есть силы ударил его лапой. И мяч покатился, покатился с площадки вниз по ступенькам, запрыгал вниз на четвертый этаж, на третий, всё быстрей и быстрей. Катруся бросилась за ним. А кот как ни в чём не бывало забрался себе в свой уголок и снова притворился, что спит. Только в самом низу лестницы Катруся поймала наконец непослушного прыгуна. Потом быстро взбежала наверх, отдала мячик мальчику. Он схвати его обеими руками и сразу перестал плакать.

- Вот спасибо тебе, милушка! — сказала старушка. — За дали мы работу твоим маленьким ножкам!

- Я не маленькая, мне уже пять лет, и я совсем не устала, — ответила Катруся и перевела дух.

Старушка ещё раз поблагодарила и понесла дальше своего мальчика с мячиком. А Катруся весело застучала в дверь Ритиной квартиры.

ПОДАРКИ

Катруся пригласила всех своих друзей и вернулась домой, а мама уже стояла в дверях и поджидала её:

- Ну как? Все придут?

- Придут, мамуся! Я всем сказала правильно! И Наташиного папу не боялась!

- А чего ж тебе его бояться? — удивилась мама. — Иди-ка скорей в комнату, папа уже вернулся. А с ним ещё кто-то явился и тебя ждёт.

Катруся скоренько скинула платок и побежала в комнату.

Папа сидел за столом и читал газету. Больше никого в комнате не было. На столе лежал какой-то продолговатый свёрток. Катруся с любопытством посмотрела на него.

- А, именинница! — сказал папа. — Поздравляю тебя! Расти большая-пребольшая, до самого потолка! Нравится тебе быть большой?

- Конечно, нравится! — ответила Катруся. Она ласкалась к папе, а сама не отрывала глаз от свёртка. Что бы это такое было?

В эту минуту в комнату озабоченно вошла мама и спросила:

- Виктор! А хлеба купить не забыл?

- Нет, представь себе, не забыл! Вот, пожалуйста! — И папа развернул свёрток, в котором, оказывается, было два батона…

А где же подарок? Не может быть, чтобы папа не купил подарка! Но он почему-то ничего не говорит, а спросить как-то неудобно… И почему мама сказала, что ещё кто-то явился, когда в комнате больше никого нет?

Катруся ещё раз внимательно оглянулась кругом: посреди комнаты стол и стулья вокруг него, диван возле стенки, в уголке Катрусина кровать, потом шкаф… Дальше, между шкафом и окном, была Катрусина «комната». Тут стояла этажерка с её книжками и с игрушками, маленький столик и два стульчика.

И вот на одном из этих стульчиков Катруся вдруг увидела большую новую куклу! Это был мальчик в коротеньких синих штанах и белой рубашке с большим бантом у ворота. На ногах у него были белые носочки и красные тапочки. Он важно сидел на стуле и приветливо улыбался Катрусе.

- Кукла! Мальчик! — радостно вскрикнула Катруся. Она кинулась к нему, схватила на руки. — Папка, это мне? Ты купил?

Тут она перевернула куклу, чтобы оглядеть со всех сторон. И вдруг услышала, как мальчик вымолвил что-то тоненьким, немножко пискливым голоском.

- Ой, говорит! — закричала Катруся в восторге.— Папуся, он что-то говорит! Что это он сказал? «Мама», да?

Папа засмеялся и подошёл к Катрусе:

- Насколько я понимаю, он говорит, что его зовут Фома. Вот прислушайся!

Катруся качнула мальчика несколько раз и отчётливо услышала, что он и вправду каждый раз повторяет: «Фо-ма! Фо-ма!»

- Фома! Его зовут Фома! Надо показать маме! — И Катруся побежала в кухню.

Мама была очень занята: она делала пироги и укладывала их на большой, посыпанный мукой противень. Руки, и фартук, и даже кончик носа у неё были в муке.

В другое время Катруся обязательно попросила бы у мамы кусочек теста, чтобы тоже сделать пирожок. Но сейчас она даже и не взглянула на пироги. Катруся прыгала около мамы и всё время покачивала куклу и заставляла её говорить:

- Слышишь, мамуся? Фо-ма! Фо-ма! Фо-ма! Его зовут Фома!

Тут и мама оставила своё тесто, вытерла руки, взяла Фому и тоже несколько раз послушала, как он говорит «Фома». Потом она опять отдала его Катрусе и сказала:

— Ну, беги знакомь его со своими старыми куклами. А у меня тут ещё много мороки с пирогами да с обедом.

Старые куклы — Тамара и Дюймовочка — и чёрный плюшевый медведь Михлик охотно приняли Фому в своё общество. Катруся сдвинула стульчики и посадила на них рядком всю компанию. Фома, конечно, сидел посередине и, казалось, очень радовался, что попал в такую весёлую семейку.

Тут в дверь постучали, и в комнату вошла соседка Варвара Ивановна. Варвара Ивановна жила в одной квартире с Катрусей, в соседней комнате. Она была учительница в Люсиной школе. Варвара Ивановна была уже немолодая, даже немножко седая и носила очки. Сразу видно было, что она очень учёная. И, наверно, поэтому ученики боялись и слушались её. Но Катруся ничуть её не боялась. Она знала, что Варвара Ивановна совсем не сердитая, а, наоборот, всегда спокойная и ласковая. Бывало иногда — Катруся капризничает, не слушается, мама рассердится и начнёт на неё кричать. А Варвара Ивановна, как услышит это, уведёт Катрусю в свою комнату и всё ей объяснит: вот это можно, а это нельзя. И потом, если у Варвары Ивановны находилось свободное время, она всегда рассказывала Катрусе что-нибудь интересное. Катруся очень любила сидеть у Варвары Ивановны в комнате А когда маме и папе нужно было куда-нибудь уйти, Катруся на целый вечер оставалась у неё.

Варвара Ивановна вошла с портфелем в руке, как она; всегда ходила в школу. Она поздоровалась с папой, подошла к Катрусе и сказала:

— Ну, Катруся, поздравляю с днём рождения! Правда, до школы тебе расти ещё два года, но всё-таки ты уже большая? И поэтому вот тебе от меня подарок!

И она подала Катрусе… портфель! Только тут Катруся увидела, что это совсем не тот большой портфель, с которым Варвара Ивановна ходила каждый день в школу, а другой, маленький. Такой, как у Люси, только гораздо красивее. У Люси портфель уже не новый, а этот новёшенький, блестящий, с красивым замочком.

Катруся живо открыла замочек и увидела в портфеле две тетради, карандаши, альбом для рисования и чудесную книжку с цветными картинками. Это было целое богатство! Каждую вещь надо вынуть, разглядеть как следует со всех сторон, положить снова на место, потом вынуть ещё раз… А замочек так ловко отпирается и запирается!

- Как тебе не совестно! — услышала вдруг Катруся мамин голос. — Ты даже не поблагодарила Варвару Ивановну! И с Лидией Максимовной не здороваешься!

Оказывается, мама была уже не в кухне, а в комнате. И с нею Лидия Максимовна, другая соседка из этой же квартиры.

Лидия Максимовна была тоже учительница, только из какой-то другой школы, не из той, где училась Люся. Она была молодая, красивая и совсем непохожая на Варвару Ивановну: Лидия Максимовна никогда не звала Катрусю в свою комнату и никогда не рассказывала ей ничего и не оставалась с ней вечером. И потому Катруся, конечно, больше любила Варвару Ивановну.

Катруся бережно положила свой портфель на столик, подбежала к Варваре Ивановне и крепко поцеловала её. Потом она поздоровалась с Лидией Максимовной и её тоже поцеловала, а Лидия Максимовна подарила ей коробку с конфетами.

Катруся развязала розовую ленточку на коробке, посмотрела на конфеты, положила одну в рот. И снова взялась за портфель.

- Ого, как вы угодили ей своим подарком, Варвара Ивановна!— сказал папа. — Глядите-ка, про всё на свете забыла!

Катруся достала из портфеля книжку с цветными картинками.

- Что это? Неужели букварь? — удивилась Лидия Максимовна. — Вы подарили ей букварь, Варвара Ивановна? За чем?

- А что ж такого? — ответила Варвара Ивановна. — Катруся уже большая, пускай читает понемножку.

Лидия Максимовна даже руками всплеснула:

- Читать в пять лет! Разве можно учить читать пятилетних детей? Да им не только буквы не надо знать, а и букваря не следует давать в руки!

- А я уже знаю «О», «А», и «К», и «Т»… Я много букв знаю! — сказала Катруся и испуганно прижала к себе букварь. Ей показалось, что Лидия Максимовна хочет отобрать у неё эту хорошую книжку.

Но Лидия Максимовна на неё даже не взглянула. Она принялась доказывать Варваре Ивановне, что детям нужно начинать учиться, когда им исполнится семь лет и они пойдут в школу, а раньше учить их вредно.

Катрусе не понравилось, что Лидия Максимовна спорит с Варварой Ивановной. Ведь Варвара Ивановна старше её, а мама говорит, что со старшими надо разговаривать вежливо.

И ещё Катрусе не понравилось, что Лидия Максимовна всё время повторяет про Катрусю, что «она ещё мала». Будто она не знает, что Катрусе сегодня исполнилось пять лет и совсем она не маленькая, а большая! Ведь все говорят, что большая: и мама, и папа, и Валина-Юрина мама, и Варвара Ивановна. Даже Наташин папа с ней разговаривал, как с большой! И Катрусе очень хотелось, чтобы Варвара Ивановна как-нибудь так прикрикнула на Лидию Максимовну, чтобы та сразу замолчала.

Но Варвара Ивановна совсем даже не сердилась. Она улыбалась и спокойно слушала. А потом сказала:

- Заставлять Катрусю учиться по-настоящему — это было бы вредно. А если она играючи запомнит буквы и читать научится — так пускай себе читает на здоровье!

Это Катрусе очень понравилось. Она и сама не любила, чтобы её заставляли делать что-нибудь такое, чего она совсем не хочет.

А Лидия Максимовна, может быть, ещё поспорила бы, но тут мама сказала ей:

- Приходите, пожалуйста, вечером чай пить с пирогами! Ведь у нас сегодня праздник!

КАТРУСИН ПРАЗДНИК

Ну и весело же было, когда семеро ребят уселись пить чай с пирогами, конфетами и разными сладостями!

Катруся сидела за столом в праздничном красном платье с белым кружевным воротничком и с большим белым бантом на голове. А справа и слева от неё сидели все её друзья.

Тут были Валя с Юрой, Лесик и Рита, Наташа и даже Люся. Катруся была очень горда, что к ней в гости пришла такая большая девочка. Люся то и дело вскакивала с места — помогала разносить чай, передавала пустые чашки Майе.

Майя была младшая сестра Катрусиной мамы. Она уже училась в университете, но никто её не звал тётей, все называли просто Майей.

Майя наливала ребятам чай, хлопотала около стола. А мама и все взрослые ушли чай пить к Варваре Ивановне.

Когда все ребятишки наелись и напились досыта, Майя сказала:

- А теперь давайте играть. Какие вы игры знаете?

- Может, в дочки-матери? — сказала Катруся и поглядела издали на Фому.

- Ну нет, это уж ты в другой раз поиграешь с Наташей и с Риточкой, — сказала Майя. — Сейчас мы такую игру затеем, чтоб всем было весело — и девочкам и мальчикам. Хотите в кошки-мышки? Ну-ка, становитесь в круг!

Стол отодвинули к стенке. Ребятишки встали в круг посреди комнаты. Катруся сначала была мышкой, а Лесик — кошкой. Он должен был её ловить. Катруся быстро побежала по кругу, а Лесик за ней — вот-вот догонит! Но когда кошка была уже совсем близко, мышка вдруг шмыгнула из круга под руками Вали и Юры. Лесик бросился за ней, но Валя и Юра опустили перед ним руки пониже — он и не проскочил.

Тогда Лесик побежал дальше по кругу. А тут Наташа и Рита зазевались — он нырнул им под руки и чуть не схватил Катрусю. Но Катруся не растерялась, вскочила в круг, а перед Лесиком опять опустились руки. Катруся бегала и прыгала в кругу, а Лесик никак не мог до неё добраться. Но тут снова кто-то зазевался — кошка бросилась к мышке и схватила её за платье!

Все засмеялись, закричали, а Катруся с Лесиком взялись за руки и встали в круг.

- А кто теперь будет кошкой и мышкой? — спросила Майя.

- Теперь мы, — сказали Валя и Юра.

- Ладно! Кто из вас кошка, а кто мышка?

- Я буду кошка! — сказали Валя и Юра в один голос.

- Нельзя обоим быть кошкой, — объяснила Люся, — одному из вас надо быть мышкой!

- Ну, тогда я буду мышкой! — опять в один голос сказа ли Валя и Юра.

Все засмеялись. Вот какие смешные близнецы! Они всегда всё делают вместе — что один, то и другой.

Наконец решили, что кошкой будет Наташа, а мышкой — Юра. Наташа скоро поймала Юру. Теперь пришла очередь Риты и Вали.

- Я не хочу быть мышкой! — сказала Рита. — Я совсем не хочу, чтобы меня кошка ловила! Я не люблю, когда меня ловят!

- Не хочешь мышкой, — значит, будешь кошкой! Лови! Рита побежала за Валей, вскочила в круг, но Валя успела выскочить оттуда. А когда Рита тоже захотела выскочить, все руки опустились вниз и задержали её. Она туда, она. сюда — не пускают! А мышка скачет за кругом и смеётся.

- Я так не хочу! — закричала Рита с обидой и даже ногой топнула. — Вы меня нарочно задерживаете!

- Ну да, нарочно! — сказала Майя. — Это же такая игра. Разве ты не понимаешь?

- Ну тогда я не хочу в такую игру играть! — со всем обиделась Рита, надула губы и вышла из круга.

- Не хочешь — не надо! — закричал Лесик. — Мы сейчас без тебя эту мышку поймаем!.. А ну, Юрка, забегай с той стороны!

И мальчики бросились ловить Валю. Валя завизжала, заметалась: девочки закричали, что так не годится, нельзя двоим ловить одного. И тут начался такой шум и крик, что мама испугалась и прибежала из соседней комнаты.

- Тише! Тише! — сказала она. — Вы же весь дом пере полошите!.. Майя, что же ты смотришь? Утихомирь их скорее!

Шум сразу прекратился.

- Не волнуйся, Надюша, мы сейчас будем совсем тихо играть, — сказала Майя маме. — Ну-ка, малыши, садитесь все рядышком! Я вам покажу новую игру. Эта игра очень спокойная.

Ребятишки гурьбой кинулись к дивану и уселись в ряд. Майя и Люся придвинули к дивану стулья, потому что на диване все не поместились. А Лесик примостился на валике дивана. Мама увидела, что все утихомирились, и пошла снова разговаривать со своими гостями.

- Ну, слушайте, — сказала Майя и села на стул напротив ребят. — Эта игра называется «Ворона летит». Положите руки себе на колени. Если я скажу «Ворона летит», или «Воробей летит», или «Снежинка летит» — поднимайте руки кверху. А если я назову что-нибудь такое, что не может летать, руки поднимать не надо. Кто ошибётся, тот выходит из игры. Поняли?

- Поняли! — закричали ребята.

- Хорошо, начали. Ворона летит!

Все подняли руки.

- Ласточка летит!

Снова все подняли руки.

- Дом летит! — сказала Майя.

Все засмеялись и рук не подняли. Только Рита не разобрала, в чём дело, и подняла руки.

- Рита вышла! Рита вышла! — зашумели все. — Разве дом может летать?

- Я больше не буду! — испуганно сказала Рита. — Я про сто не поняла. Я не хочу выходить из игры!

- Ладно, на первый раз можно простить. Только вперёд будь внимательней. Слушайте дальше.

Все так и насторожили уши.

- Голубь летит! Воздушный шар летит! Дерево летит!

- Валя и Юра подняли руки! — закричали дети. — Эх, вы! Дерево же летать не умеет!

- Смотрите какие! Они и ошибаются вместе.

Валя и Юра засмеялись сами над своей ошибкой и отошли в сторону. Они стояли и внимательно следили: не ошибётся ли ещё кто-нибудь?

- Тучка летит! Стол летит! Пилот летит!

В эту минуту Лесик захотел показать, как летит пилот. Он взмахнул руками, но не удержался на своём валике и шлёпнулся на пол. А когда падал, зацепился за стул; стул опрокинулся, толкнул этажерку. С этажерки слетела коробка с кубиками, кубики рассыпались по всей комнате…

- Лесик летит! Стул летит! Кубики летят! — закричали все что есть силы, повскакали с мест и с хохотом начали бегать вокруг Лёсика.

Мама и папа, и Лидия Максимовна с Варварой Ивановной, и Валина-Юрина мама, перепуганные, вбежали в комнату.

- Что случилось? Землетрясение, что ли? — спросил папа.

- Кто тут упал? Лесик, ты не ушибся?

- Ах, он, наверно, что-то себе повредил! Лежит, не встаёт!

Все бросились к Лесику, но оказалось, что он не может подняться потому, что задыхается от хохота.

— Вот какая тихая игра! — с упрёком сказала мама.

Майя и Люся, а за ними и все ребята кинулись скорее собирать кубики и поднимать стул. А Лесик наконец успокоился и поднялся с пола.

В это время кто-то позвонил. Папа пошёл открывать дверь, и на пороге комнаты появился дядя Лёня, мамин брат. У него в руках был аккордеон.

- Музыка! Музыка! Танцевать! Петь! — закричали ребятишки.

И начались тут такие громкие песни, такое веселье, что и мама перестала думать о соседях. Да и что было ей беспокоиться?

- Весело сегодня у Заречных! — сказала одна соседка. Она поднималась по лестнице и прислушивалась к музыке и весёлому гомону, что долетали из двадцатой квартиры.

— Да ведь их Катруся сегодня именинница! — ответила ей другая соседка, которая в это время спускалась вниз. — Как же не повеселиться по такому случаю?

Только кот Мурзик, видно, думал иначе. Он по своей привычке бродил по лестнице и молчал. Но когда проходил мимо Катрусиной двери, то заворчал недовольно и побрёл себе дальше, на свой шестой этаж.



Страница сформирована за 0.21 сек
SQL запросов: 180