ЛиР Москва, 24 июня 2017

Цитата момента



Трехлетний ребенок спрашивает взрослого: «А ты все умеешь?»
Взрослый: «Нет!»
Ребенок: «А почему не научишься?»
Наверное, я — ребенок…

Синтон - тренинг центрАссоциация профессионалов развития личности
Университет практической психологии

Книга момента



Крик и брань – не свидетельство силы и не доказательство. Сила – в спокойном достоинстве. Заставить себя уважать, не позволить, чтобы вам грубили, нелегко. Но опускаться до уровня хама бессмысленно. Это значит отказываться от самого себя. От собственной личности. Спрашивать: «Зачем вежливость?» так же бессмысленно, как задавать вопросы: «Зачем культура?», «Зачем красота?»

Сергей Львов. «Быть или казаться?»

Читать далее >>


Фото момента



http://nkozlov.ru/library/fotogalereya/s374/
Мещера-2009

Читатель!

Кто ты? Белоручка, а может быть, лентяй? Или того хуже: любитель посиживать в кресле и день-ночь в телевизор смотреть. Тогда прости, лежебоке моя книжка не интересна.

Но… если ты, Читатель, любишь свой Дом и руки твои готовы для доброй работы, если тебе интересно научиться тому, что ты не умеешь делать, то эта книга для тебя. Я рада. Следуй по ее ступенькам-страницам не вприпрыжку, а неторопливо, размерен­но, и даже когда-то останавливаясь, и даже когда-то возвращаясь.

Я расскажу тебе о маленькой волшебнице Калинке и ее друзьях. Рассказывая эту историю, начавшуюся чудесным зимним вечером накануне Нового года, когда летели и летели снежинки, я буду разговаривать и с тобой, Читатель, и даже о чем-то тебя спрашивать. И хочу, чтобы ты отвечал мне…

Автор

щелкните, и изображение увеличится



Саида Юсуфовна Сахарова. Академия домашних волшебников,

или

История о том,

как однажды зимним вечером

влетел в комнату кораблик -

калиновый листок и Калинка сняла шапочку-невидимку

Увлекательная книга с приключениями волшебников познакомит девочек и мальчиков с домоводством: подскажет им, как научиться шить, вязать, готовить, накрывать на стол, принимать друзей, весело отпраздновать день рождения.



Телеграмма на калиновых листьях

щелкните, и изображение увеличитсяЭто случилось в последний четверг перед Новым годом, двадцать пятого декабря, ровно в шесть часов и тринадцать с половиной минут вечера…

За два часа до этого удивительного события прошел первый за зиму настоящий большой снег, и все мальчишки и девчонки скорее-скорее доставали застоявшиеся лыжи, натягивали теплые свитера и шапочки и кубарем скатывались по лестницам, чтобы первыми успеть прочертить крутую восьмерку на снежной, без единого следочка, глади. С последними хлопьями снега от тяжелой фиолетовой тучи отлетело пушистое облачко и пошло себе кружиться над домами. С высоты вечерний город казался фантастическим ковром, сотканным из желтых квадратов светящихся теплом окон и голубых неоновых стрел улиц. Голубые стрелы стремительно летели вперед, трассирующим пунктиром пронизывали парки, вприпрыжку разбегались на площадях, широким хороводом окружая новогодние елки. Косматые елки, как мини-аэродромы, подмигивали красными и синими огнями, отдавая сигналы взлета и посадки невидимым самолетам.

Голубые стрелы пронизали повороты Речной улицы и остановились у последнего дома на краю горки. Остановилось и облачко, покружилось над домом - пятиэтажным белым кораблем - и подбросило пригоршню быстрых снежинок-одуванчиков к трем окошкам с красными наличниками в середине третьего этажа. Здесь, в квартире номер двадцать пять, жили Лёка и Марина Ромашовы с безмерно занятой мамой и не менее занятым и всегда спешащим папой.

Снежинки, посмеиваясь и подталкивая одна другую, легко перемахнули через перила балкона и приникли к окошку. Там, в комнате, был мягкий сумрак. Свет неяркой настольной лампы под зеленым матовым абажуром освещал письменный стол и сидевших вокруг ребят: худенькую, аккуратно подстриженную Марину, уже шестиклассницу, считающую себя намного старше остальных и от этого более сдержанную; непоседу Лёку, с озорными глазами и, как всегда, со слегка растрепавшейся косой, и смуглого, словно только что вернувшегося с юга, черноволосого Алешу, их хорошего друга и соседа по дому. К тому же Лёка и Алеша учились в одной школе: Лёка в пятом "Б", а Алеша в пятом "А".

- Нет, - сказала Лёка, упрямо поджав губы, - Новый год будем встречать у нас.

- Почему? - спросил Алеша. - Лучше у нас. У нас просторнее.

- Зато вас мало, - упрямилась Лёка. - Ты и бабушка. А нас много.

Алеша вздохнул и отвернулся.

- Их больше, - подумав, сказала Марина. - Будем Новый год встречать у них.

- Ой, насмешила! - Лёка так смеялась, что чуть не свалилась со стула. - Ты, Мариночка, уже в шестом классе, а считать не умеешь! Что же, по-твоему, два больше четырех? Высшая математика!

Но Марина не обиделась, а просто сказала:

- Нас четверо, а их сколько? Бабушка, Алеша, Чубчик, Федя, Кит и Дженни.

- Ха, ха! - не унималась Лёка. - Развеселила! Чубчик - фокстерьер, Федя - чиж, а Кит и Дженни - разнесчастные рыбы-вуалехвостки.

- Не разнесчастные, а очень даже красивые, - насупился Алеша. - У Кита хвост как кружева вален… валин… вулин…

- Вулканические кружева? - сквозь смех спросила Лёка.

- Алеша хотел сказать, как валансьеннские кружева, - сказала Марина. - Во Франции, в Валансьенне, плели необыкновенно тонкие кружева. Действительно, у Кита хвост необыкновенно красивый… А как он любит, когда с ним разговаривают!

- Правда, ты тоже заметила? - обрадовался Алеша. - Кит тогда поворачивается то левым, то правым боком, поводит своим… валансьеннским хвостом, словно это не хвост, а перо на мушкетерской шляпе. И еще он любит, чтобы кто-то был дома. И еще - смотреть, как я делаю уроки.

- Пусть ваш Кит все понимает и даже может ночью стихи сочинять и… и… песни петь своим рыбьим голосом… Все равно. Нет и нет… Все равно Новый год хочу встречать у нас, - настаивала Лёка.

- Лёка, Лёка! - покачала головой Марина. - Ты ведь уже большая, в пятом классе. Подумай! Вдруг еще и папа Алешин из своей Антарктиды прилетит.

- Папа? Из Антарктиды?.. Ладно, - смирилась Лёка. - Только к встрече Нового года придумаем что-нибудь необыкновенное, фейерверковое, и приготовим что-нибудь удивительное. Ну, что-нибудь такое, эдакое. Ой, чуть не забыла, какой мне сон сегодня приснился! Будто бы я пробиралась по жутким пещерам и подземельям, сражалась с ящерами и в самой далекой сталактитовой пещере нашла волшебную лампу Аладдина! Всю в завитушках и закопченную! Крутанем лампу туда-сюда - и, пожалуйте, заморские яства.

- Заморские? - засмеялась Марина. - Но лампы-то нет.

- Ну и пусть нет! Давайте все равно придумаем заморские. Думайте, - строго сказала Лёка и добавила совсем маминым голосом: - Не ленитесь!

Марина сосредоточенно посмотрела на зеленый абажур, а Алеша наморщил лоб.

- Придумал, - обрадовался Алеша. - Пусть бабушка пирог испечет. У нее такие вкусные пироги получаются. Особенно с вишнями.

- Бабушка! Пироги! - возмутилась Лёка. - Я хочу сама. Вот возьму и приготовлю… мороженое.

- Разве можно мороженое делать самим? - удивился Алеша.

- Лёка молодец! Замечательно придумала! - обрадовалась Марина. - А как его готовить? Может, его жарить, или парить, или квасить, или… Не представляю себе!

- Очень просто! Р-раз! - крутануть волшебную лампу и сказать: "Джинн, подать мне фисташковое мороженое".

- Что такое фисташки?

- Эх вы, не знаете! Орешки такие в крепкой скорлупке… Джинны вполне могут приготовить фисташковое мороженое. Они-то знают, что такое фисташки.

- Но ведь Аладдин тебе лампу еще не отдал. Как ты вызовешь джинна?

- Может быть, вот эта лампа тоже волшебная? - И Лёка как крутанет настольную лампу. Р-раз влево, р-раз вправо и еще по абажуру щелкнула! Лампа засветилась призрачным, тусклым светом и медленно погасла… В ту же секунду над их головами сама собой распахнулась форточка и вместе с холодным ветром влетела охапка листьев. Листья вихрем пронеслись по комнате и снова умчались на улицу, только одна ветка упала на стол рядом с настольной лампой, а форточка с каким-то странным шипением захлопнулась…

Лёка робко нажала кнопку на ламповой подставке и… лампочка как ни в чем не бывало зажглась. Вокруг ничего как будто не изменилось - потолок с сиреневой люстрой был наверху, пол с синим ковром внизу, стены с книжными полками и любимой папиной картиной тоже на своих местах, любимое мамино кресло как стояло в углу, так и стоит, но что-то изменилось, словно появилось в комнате новое, совсем неизвестное и таинственное…

- Вот это ветер, - сказал Алеша, изумленно тараща глаза. - Даже листья забросил. Просто какой-то необыкновенный ветер.

Марина задумчиво посмотрела на форточку, на преспокойно как ни в чем не бывало горящую лампу и тихонько тронула листья. Вдруг - нет, это ей не показалось! - листья чуть развернулись в сторону лампы, как будто хотели, чтобы их можно было лучше рассмотреть.

- Странно! Зима, а листья зеленые, словно только сорваны, - сказала Марина. - Это, кажется, калиновые листья. Конечно, калиновые! В прошлом году я собирала гербарий, помню: зазубринки, как у клена… Смотрите, на листьях что-то написано!

- Где, покажи скорее! - Лёка схватила ветку. - На листьях даже цифры стоят, как на страницах. Третий, пятый, второй. А вот и первый.

ПЕРВЫЙ ЛИСТОК

Спешу по срочному вызову на Сахалин, остановиться не могу. Посылаю экспресс-телеграмму.
Зачем вам лампа Аладдина и джинны, когда у всех вас вместе шесть рук - шесть могучих джиннов? Чего не могут руки человеческие? Всё могут!
Мороженое так мороженое, очень просто. Хотите фисташковое? Пожалуйста. Апельсиновое? Лимонное? Шоколадное?

ВТОРОЙ ЛИСТОК

Для приготовления мороженого вам понадобятся - свежее молоко, яйца, сахар, сливочное масло. Без фисташек, апельсина, лимона или какао можно обойтись, но необходимы лед и соль (брикет льда, 3 килограмма, и треть пачки крупной соли). А еще нужны специальная мороженица или заменяющие ее молочный бидон и небольшой таз, двухлитровая кастрюля и кастрюля побольше, миска, ложка, сито или дуршлаг.
Мороженое готовят так.
Вначале растворяют сахар в молочно-яичной смеси, потом эту смесь варят, потом охлаждают, потом сбивают, добавив фисташки или другую приправу, и замораживают.

ТРЕТИЙ ЛИСТОК

5 стаканов холодного молока, 2 целых яйца (и желток, и белок) и еще 2 желтка (оставшиеся белки отделить и поставить пока в холодильник) разболтать вместе в меньшей кастрюле и процедить через сито или дуршлаг. В процеженную смесь добавить 2 стакана сахарного песку. Размешать и тогда только начинать варить мороженое. Чтобы смесь не подгорела, надо варить на "паровой бане": меньшую кастрюлю со смесью поставить в большую кастрюлю с водой, причем вода должна доходить только до середины меньшей кастрюли. Огонь будет подогревать воду в большой кастрюле, вода закипит, и смесь в меньшей кастрюле сварится, не подгорая. Не забывай все время помешивать смесь, пока она не загустеет. Масса должна завариться до густоты сметаны, но ни в коем случае не закипеть. Маленькую кастрюлю вынь из большой, добавь чайную ложку свежего - только свежего! - сливочного масла, хорошенько последний раз взбей, можно и миксером, и поставь на холод: на балкон или в холодильник.

ЧЕТВЕРТЫЙ ЛИСТОК

Пусть масса простоит на холоде при температуре не ниже 0°С в течение двух часов. "Созреет", как говорят кулинары. Потом переложи массу в мороженицу или в молочный бидон и заморозь. В бидоне масса не должна доходить до крышки на ладонь. Бидон поставь в таз, обложи кругом льдом, присыпанным солью, и крути туда-сюда, иногда помешивая массу ложкой, пока не заморозится. В конце заморозки добавь в массу столовую ложку крупных толченых фисташек, один порошок ванилина или тонко резанной апельсиновой или лимонной цедры, или ложку какао, или изюма. А можно и без добавлений.

ПЯТЫЙ ЛИСТОК

Лучше, конечно, если вы будете готовить все втроем. Чтобы не мешать друг другу, заранее распределите обязанности. Выберите шеф-повара, например Лёку. Шеф-повар должен быть очень внимательным и собранным. Пропустит, казалось бы, мелочь, возьмет не очень свежее молоко или лежалые яйца - мороженое свернется, а белки не собьются… Марина и Алеша пусть будут быстрыми и беспрекословными помощниками.
Когда придет время Нового года, достаньте самое красивое блюдо, положите в середину горкой мороженое, кругом чернослив или изюм, нарезанные дольками фрукты, печенье. В середине горки поставьте чистые еловые лучинки – хорошо бы обмакнуть их в спирт – и зажгите их. Праздник! А вкусно как!

Калинка
P.S. буду свободна, обязательно залечу к вам еще.

- Вот вам и мороженое! - победно сказала Лёка. - Настоящее, великолепное!

- Калинка! Имя какое необыкновенное! Калинка, - сказал Алеша. - И листья калиновые! Жутко интересно. А ты, Лёка, хочешь быть шеф-поваром?

- Конечно, хочу. Давайте скорее будем готовить мороженое. Скорее, скорее!

- Как это неизвестная Калинка узнала, о чем мы разговариваем? - задумчиво спросила Марина и посмотрела на заснеженное окно. - Смотрите, на стекле узор из снежинок словно большая буква "К". Смотрите!

Ребята подбежали к окну. Нет, на стекле ровным счетом ничего не было. Ни одной снежинки.

- Странно! Неужели мне показалось? - удивилась Марина.

Лёка, Марина и Алеша прильнули к широченному балконному окну, пытаясь рассмотреть что-нибудь. Полнейшая темнота и полнейшая тишина были там, за окном, и только далеко-далеко быстро двигалась маленькая светящаяся точка. Что это было? Может быть… А может быть, и нет, просто настоящий самолет садился на просто настоящий аэродром или летел самый обыкновенный спутник и пищал потихоньку в своей космической выси: "Бип, бип…"

щелкните, и изображение увеличитсяКнига 1. Академия домашних волшебников

1. ЯНВАРЬ

ВОТ, ОКАЗЫВАЕТСЯ, КАКАЯ КАЛИНКА!

Куда можно положить шапочку-невидимку!

Тарелкам нравится быть чистыми, а кастрюли умеют улыбаться.

Один воротник, две манжеты равны одному нарядному платью.

Домашний урок академикам-приготовишкам.

щелкните, и изображение увеличитсяЧетвертый день каникул. За окном в синеве раннего зимнего вечера белой зыбкой лавиной лениво движется снег. Марина и Лёка сидят на диване, поджав ноги, читают. Мама еще позавчера уехала в Ярославль, в командировку. Папа придет поздно, у него занятия в вечернем институте. Алеша уехал в пионерский лагерь на все одиннадцать дней каникул. Телевизор не работает… и вообще грустно.

- Как не надоело папе учиться? Все учится, учится, - сказала Марина и съела еще один "Золотой ключик".

Вокруг нее валялось, по крайней мере, семь ключиковых бумажек.

- И мама уехала, - сказала Лёка обиженно, - не успела мне новое платье купить. В чем я завтра пойду на елку?

- Ваш класс хотел устроить карнавал, и ты, кажется, собиралась шить какой-то необыкновенный костюм?

- Мы спорили с Наташей, кто из нас будет Билли Бонсом. Она говорила, что она хочет, а я говорила, что я хочу. Так мы и проспорили до вчерашнего дня. Наташа тоже не сшила костюм. Но ее мама купила ей новое платье, а моя уехала в командировку… В чем я пойду на елку? В чем?

- Сама виновата, надо было не спорить, а шить. Все ребята из твоего пионерского звена, наверное, приготовили костюмы.

- Ты моя старшая сестра, почему ты мне не помогла?

- Как я могла тебе помочь, если ты даже не начинала? Ты хочешь сказать, что я должна была за тебя все сделать? Не хнычь, лучше пойди разогрей бульон, пора обедать.

- Бульон, бульон! Надоел. И почему я?

- Ты у нас теперь шеф-повар.

- Между прочим, шеф-повар бульоны не греет, этим занимаются помощники. И вообще, не хочу есть этот невкусный бульон. Буду есть конфеты. Сегодня, и завтра, и послезавтра, и послепослезавтра… Пока не приедет мама, на обед будут конфеты, или захочу - и приготовлю мороженое!

- Нет, только не мороженое! Очень тебя прошу! Опять у тебя все подгорит!

- Это потому, что я кастрюлю на огонь поставила. Давай попробуем еще разочек. На "паровой бане". Ну, Марин!

- Нет! Лучше скажи, Калинка на самом деле есть или кто-то над нами подшутил?

- Подшутил! Кто мог зеленые листья на третий этаж закинуть? Да еще зимой! Я сейчас читала "Уральские сказы" Бажова. Помнишь Хозяйку Медной горы? Она была? И Калинка тоже есть. Вот только Хозяйку я представляю, а Калинку - нет.

Лёка зажмурилась, пытаясь представить Калинку…

Вдруг за окном что-то засвистело пронзительно, вспыхнул ослепительный свет, форточка распахнулась, снежный вихрь промчался по комнате и с невероятной скоростью закружился на любимом мамином кресле.

Марина и Лёка испуганно вскочили с дивана. Динь-дон-динь!.. - послышался тоненький перезвон колокольчика, и снежный вихрь умчался на улицу, форточка сама собой захлопнулась, а в уголке любимого маминого кресла девочки увидели фигурку, маленькую, не больше полутора ладошек. Она была одета во все красное: красные сапожки и красные колготки, клетчатую красную юбочку и красный пушистый свитер. Даже щеки у нее были красные, как румяные рязанские яблочки. Только чернела толстая косичка, высоко перехваченная на затылке ленточкой, да под короткой челочкой весело блестели черные бусинки-глаза. Маленькие руки держали зеленую вязаную шапочку с колокольчиком вместо помпона.

- Здравствуйте, я - Калинка, - сказала Калинка и шагнула навстречу девочкам. - Простите, вас напугал мой кораблик, новый фотонный двигатель еще не совсем отлажен и развивает слишком большую скорость при посадке.

- Ка-лин-ка! А это мы. Я - Лёка.

- А я - Марина. Ромашовы.

- Очень рада вас видеть.

- Ты не торопишься, как в тот раз, и не улетишь сразу?

- Нет, не улечу. Я пришла к вам в гости. Куда я могу положить свою шапочку?

- Куда хочешь! На диван, - сказала Марина, - или на полку…

- Или на стул, - предложила Лёка, - или на вешалку в коридоре.

- Шапочку надо повесить на вешалку, - задумчиво сказала Калинка, - но там столько разных вещей: и шубы, и Маринин домашний халат, и мокрая лыжная куртка, чьи-то колготки и даже Лёкин школьный фартук…

- И колготки тоже мои, - засмеялась, ничуть не смущаясь, Лёка, - а фартук мама собиралась отнести в химчистку, да вот уехала.

- Ах, мама, мама… И колготки - мама? И халат?.. А на диване шапочке совсем не место, тем более там бумажки конфетные и даже конфета прилипла. На полке двухдневная пыль. - Калинка осмотрелась: - На полу сор, в вашей комнате с утра постели не убраны, и сквозь стенку видно, а в кухне немытая посуда.

- Там немножко, только от завтрака, - беспечно сказала Марина.

- Жаль, что от сегодняшнего, а не от вчерашнего! - нахмурилась Калинка и сердито топнула своим красным сапожком.

Динь-дон-динь!.. Она хотела было уже надеть и шапочку, но внимательно посмотрела на сразу погрустневшую Лёку, потом на расстроившуюся Марину, потом на диван с конфетными бумажками и решительно сказала:

- Хорошо, я остаюсь… Тридцать пять минут даю на уборку, или…

- Калинка, "или" не будет! - и девочки заметались по комнате с пылесосом, веником и тряпками.

Калинка примостилась на спинке любимого маминого кресла и посматривала, как суетятся девочки, а косичка ее раскачивалась влево-вправо, словно часовой маятник.

- Так, - тихонько, почти про себя, говорила она. Лёка и Марина дружно принялись за уборку. Вначале, как и следовало, застелили постели. Простынки стряхнули, подушки подбили, одеяла постелили ровно и накрыли пледами аккуратно. Хорошо. Лёка сняла с вешалки все лишнее. Мокрую куртку расправила и повесила сушиться в ванной, а колготки положила в тазик, потом постирает. Вот с фартуком что делать - не знает. Ничего, не все сразу. Марина уже влажным веником смела сор и след от прилипшей конфеты замыла мокрой щеткой. Всю мебель протерла сухой тряпкой, а обивку стульев и кресел чуть влажной. Не забыла тряпку прополоскать под краном. Хорошо! Лёка пылесосом собрала остатки пыли, а Марина влажной тряпкой вытерла подоконник.

Калинка прищурилась, пытаясь рассмотреть через три стены, как Марина стирает пыльные тряпки - сначала в холодной воде, потом в горячей с мылом, потом снова в холодной и хорошенько отжимает. Теперь Марина чистит диван. Ах, как она неловко водит пылесосом, щетка пылесоса должна скользить совсем плоско, а Марина водит ее боком - пыль плохо всасывается… Калинка сжала покрепче руки - они так и просились взяться за тряпки и пылесос.

- Нет, сегодня девочкам помогать нельзя, пусть с уборкой справятся сами, - прошептала Калинка, уговаривая свои нетерпеливые руки. - Мало научиться убирать дом, самое главное - поддерживать чистоту и порядок, чтобы это не казалось назойливым. Чрезмерная чистота в доме, так же как и чрезмерная аккуратность в одежде, иногда оборачивается неожиданной стороной. - И громче, обращаясь к появившейся Марине, продолжала: - Однажды я встретилась с девочкой, настолько занятой своими наутюженными складочками, что она и думать ни о чем больше не могла. Кому интересен наутюженный манекен! К сожалению, и дома бывают такие же. Конечно, плохо, когда дом похож на сарай, но не лучше чрезмерно наутюженный дом. В таком доме человек находится при своих полах, стульях, шкафах неким сторожем-уборщиком. Нет, в такие дома я не хожу, там не знаешь, куда сесть. - И вздохнула: - Приходишь гостем, а тебя заставляют надевать старые расхлябанные тапочки.

- Мама говорит, дома надо обязательно надевать тапочки, - сказала Марина.

- Мама права, тебе и Лёке обязательно, и маме, и папе. И Алеше, он ваш друг и бывает у вас почти каждый день. А тому, кто приходит в гости, совсем не обязательно, пусть вытрет хорошенько ноги - у подъезда есть специальная решетка, а перед вашей дверью есть резиновый коврик, а в коридоре еще и мягкий коврик, который Лёка собирается сейчас чистить пылесосом. Тогда и тапочки не нужны.

- Разве его чистят? - поморщилась Лёка, но уже быстренько тащила пылесос в коридор.

- Сначала чистят пылесосом, а потом протирают мокрой тряпкой, - сказала Калинка, а косичка ее, вправо-влево, продолжала отсчитывать секунды…

Как ты считаешь, Читатель, где начинается ТВОЙ ДОМ? Пожалуй, ОН начинается от порога подъезда. Если потребуется, не мешает и лестницу подмести, и перила вытереть влажной тряпкой, паутину снять. А весной вымыть окна.

…Марина последний раз провела тряпкой по книжному шкафу, ей показалось, что там остался пыльный след, поправила косо висящую картину и сказала:

- Кажется, все…

- Калинка! - Лёка опрометью влетела в комнату. - Ровно тридцать три минуты! И… ты можешь повесить свою шапочку на вешалку.

- Молодцы! - сказала очень довольная Калинка. - Еще не забудьте открыть форточку, проветрить комнаты хотя бы полчаса. Дом чистый и уютный, но мы сделаем его еще уютнее. Нужны цветы. Зимой это трудно - пусть будет еловая или сосновая ветка. В вашей комнате новогодняя елка, а здесь мы поставим сосну. Лёка, налей в синюю вазу воды, я попрошу прислать нам сосновую ветку.

Калинка хлопнула в ладоши, и тут же в форточку влетела пышная сосновая ветка с длинной зеленой хвоей и кругленькой симпатичной шишкой и сама опустилась в синюю вазу.

- Много веток не надо. Как красиво стоит одна и как пахнет! Вот и дом улыбнулся. Приятно быть в таком доме! - И Калинка с удовольствием прошлась по комнатам и коридору.

- Пока вы прополощете пыльные тряпки и хорошенько вымоете руки, я отмою посуду от сегодняшнего завтрака.

- Не надо, Калиночка, - сказала Лёка, - там такие кастрюлищи из-под манной каши и молока…

- Манная каша подгорела, а молоко убежало, - печально добавила Марина, - не отмоешь и за год.

Калинка засмеялась и исчезла в кухне.

- Как ты думаешь, Лёка, что она может сделать с такими огромными тарелищами и кастрюлищами? Она ведь маленькая!

- Но она ведь Ка-лин-ка!

- Вытирайте руки насухо, - сказала Калинка, появляясь в ванной. - Зимой влажные руки очень грубеют.

- Мы сейчас, - сказала Марина, еще раз вытирая руки, - не беспокойся, мы вымоем и тарелки и кастрюли.

- О чем беспокоиться? Все сделано.

Девочки переглянулись и побежали в кухню. Какая там была чистота! Как сияли кастрюли! А плита была вымыта до блеска, и даже кухонное полотенце было выстирано и сохло на веревочке. Марина взяла кастрюлю и с восхищением ее оглядела.

- Очень просто! - сказала Калинка. - Вначале вымыть водой с мылом, потом налить в кастрюлю воды с ложечкой соды и прокипятить. А потом потереть жесткой мочалкой!

- Ты так весело рассказываешь, как мыла кастрюли, словно тебе это нравится? - недоверчиво спросила Лёка.

- Конечно, нравится. Я люблю мыть посуду, потому что она становится чистой. Разве это не приятно? Да к тому же больше всего на свете мне нравится, когда улыбаются.

- Ты ведь не скажешь, что тарелки после мытья улыбаются?

- Конечно, скажу, да еще и покажу. Посмотри на те тарелки, что блаженствуют на сушилке. Я их мыла мочалкой с мылом, они так и позванивали от удовольствия.

Лёка нерешительно взяла одну тарелку, вторую, третью… потом чашки, кастрюли… Они все улыбались! Вот это да! И какие они были нарядные, светлые, праздничные.

- Невероятно! - сказала Марина, разглядывая чашку. - Я сегодня пила молоко из этой чашки. Обыкновенная была чашка, скучноватая. А сейчас? Может, они волшебные?

- Нет, чашки не волшебные. Просто им очень нравится быть чистыми.

- Ты хочешь сказать, что тарелки, чашки, кастрюли и сковородки будут такими сверкающими, нарядными каждый день?

- Конечно… если их так же мыть.

- Без всякого волшебного слова?

- Без всякого. Только мыло, мочалка да горячая вода. Ну, если вы им споете еще и песенку, так они будут только рады.

- Чашки?

- И тарелки, и кастрюли, и сковородки. Особенно любит песни мясорубка. Когда я размалываю что-либо на мясорубке, обязательно пою. Не успеешь оглянуться, а фарш уже готов.

- А какие песни любят чашки?

- Чашкам очень нравится вот эта:

Хрустальная водичка-а-а…
Плесни мне на ручку.
Умой мое донце.
Зажги на нем солнце-е-е!

- Зажги на нем солнце-е-е! - подхватила Лёка. - Всегда буду петь чашкам, когда буду мыть их мылом и мочалкой.

- Кстати, я не вижу у вас в кухне резиновых перчаток, - сказала Калинка. - Когда много посуды, удобнее мыть в перчатках, да и овощи чистить тоже. Может быть, у вас есть овощечистка? Как вы готовите обед?

- Мы… - девочки переглянулись, - мы…

- Нет, Калинка, - сказала твердо Марина, - мы не готовим обед. Мама готовит, а вчера папа бульон варил.

- Папа умеет кулинарничать?

- Нет, не умеет, - грустно сказала Лёка. - Бульон у него получается невкусный. И поэтому обедать не хочется.

- И вы до сих пор не обедали! - Калинка задумалась. - Хорошо - обед так обед. Показывайте бульон… Темный, выглядит не очень аппетитно, но жирный, и кусок мяса большой. Что у вас есть еще?

- Морковки немного. Лук, кажется, есть, - нерешительно сказала Марина, - еще крупа… манная…

- А в холодильнике?

- Пусто. Папа обещал сегодня принести продукты. Он всегда приносит две огромные сумки, - сказала Лёка и открыла холодильник. - Вот, чепуха какая-то. Три вареные картошки, огурец соленый, яблоко и остатки сливочного масла на донышке масленки. О, вот еще пять штук яиц, три из них крутые, переварились вчера. Еще немного сметаны. И все.

- Превосходно. Будет чудный обед. Сегодня я шеф-повар, а вы мои помощники.

Калинка хлопнула в ладоши, и прямо к ней в руки прилетел фартук, белоснежный, накрахмаленный и отглаженный на диво. Девочки и не удивились, они знали, что форточка открыта и фартук попал через форточку. Лёка на правах новогоднего шеф-повара повязала мамин фартук, а Марина просто чистое кухонное полотенце.

- Сейчас, - Калинка прислушалась к чему-то, - ровно пятнадцать минут шестого. Через двадцать восемь минут сядем обедать. Делать все будем быстро, а для этого перед началом надо покрутиться на пятке, - и она живо крутанулась на каблучке своего красного сапожка, - тогда импульсы большой системы входят в соответствие с… - Но, заметив удивление девочек, рассмеялась: - Я потом вам объясню. Кто хочет все делать быстро - крутитесь на пятке.

Девочки перекрутились, и правда сразу стало весело и захотелось все делать быстро.

- Какой у нас будет обед? - спросила Лёка.

- Обед из того, что есть в холодильнике: мясной салат и суп с манными клецками. Ты занимаешься супом, а Марина салатом.



Страница сформирована за 0.33 сек
SQL запросов: 174